Письмо начальника турецкой флотиліи Сулейманъ-аги князю Прозоровскому.
[229]
Письмо дружеское вашего сіятельства я получа отъ присланнаго отъ васъ человѣка узналъ его содержаніе. Оно писано къ предмѣстнику моему бывшему начальникомъ Гаджи-Мегмету, но вчера достигшемъ указомъ изъ Царьграда на двухъ кальонахъ сюда благополучно чрезъ четыре дня приплывшихъ, взято отъ него начальство и препоручено мнѣ, о чемъ сего же дня въ 9-мъ часѣ послалъ я письменное увѣдомленіе къ вашему сіятельству чрезъ моего Али-чауша и думаю, что уже все вы изъ того узнали; а впредь о продолженіи трактатныхъ обязательствъ между высочайшими дворами, сдѣлаемъ съ вами, моимъ пріятелемъ, настоящее расположеніе. Касательно жь Крымской области, въ которой нѣкоторые развратники и поджигатели сдѣлали нѣсколько замѣшательства, то развращающіе сѣвши на судна отсюда убѣжали. Отъ чего я бы вашъ пріятель могъ ихъ удержать; но тогда какъ они уѣзжали не было еще моей воли. А теперь какъ начальство дано отъ Порты Блистательной мнѣ, вашему пріятелю, то въ Авлутскомъ лиманѣ съ обратившагося назадъ, изъ числа тѣхъ, одного судна, и велѣлъ я вынуть всѣ фамиліи, и впредь не иначе поступлю съ такими, ежели пристанутъ; да и самихъ развратниковъ, хотя они явятся и при дворѣ моемъ, не невозможно при благополучномъ государствованіи брать оттуда и присылать. Что до обязаннаго трактата межь высочайшими дворами, то о продолженіи его переговоримъ мы, пріятель мой. Впрочемъ, прошу ваше сіятельство не [230] оставлять меня безъ увѣдомленія о всѣхъ обстоятельствахъ, чего я по дружбѣ отъ васъ и надѣюсь. Чрезъ чауша же моего Алія послалъ я свое поднесеніе и къ великославному грозному Шагинъ-Гирею-хану и благодѣтелю; также писалъ ко всѣмъ духовнымъ, мурзамъ и прочимъ, чтобъ если имъ пристойно или они намѣрены сдѣлать свои магзары Портѣ Оттоманской, прислали оные ко мнѣ чрезъ сего чауша, а я съ вѣрнымъ человѣкомъ отправлю ихъ ко двору.