№ 85. Рапортъ князя Прозоровскаго — графу Румянцову-Задунайскому.
[226]
По отправленіи къ вашему сіятельству донесенія моего отъ 9-го сего мѣсяца, повелѣніе ваше отъ 3-го числа я 11-го дня получилъ и во ожиданіи покоренія мангутскаго и прочихъ къ той сторонѣ повѣтовъ отрядилъ я съ корпусомъ г. генералъ-поручика и кавалера князя Трубецкаго, придавъ къ нему часть кавалеріи съ гренадерскимъ баталіономъ, подъ командою г. генералъ-маіора и кавалера Леонтьева и донскаго г. полковника и кавалера Денисова съ тремя донскими казачьими полками, дабы симъ образомъ скорѣе ихъ къ настоящему покоренію принудить. И только что войска успѣли выступить на рѣку Булганакъ, то уже явились къ его свѣтлости отъ пяти повѣтовъ, въ томъ числѣ и отъ мангутскаго депутаты, принося повинную ему по примѣру прочихъ и соглашаясь отдать все съ себя оружіе, для отобранія, котораго и посланъ отъ его свѣтлости чиновникъ при войскѣ туда отряженномъ; сказанные депутаты приписывали опозданіе ихъ пріѣзда единственно тому, что когда [227] услышали о покореніи всего Крыма и присланъ за бывшимъ при нихъ Капланъ-Гирей-султаномъ нарочный, то сначала бывшій левентскій сераскиръ Саламетъ, окружая съ своими левентами, нѣкоторымъ образомъ ихъ удерживалъ; однакожь всѣ мурзы и народъ отогнавъ ихъ прочъ сами пошли по домамъ и ихъ къ хану отправили.
Султанъ же Капланъ-Гирей отъѣхалъ въ свой путь, который и дѣйствительно мимо корпуса г. генералъ-поручика князя Трубецкаго къ Ахтіярской гавани проѣхалъ и сѣлъ къ брату своему Бахты-Гирею на судно. Означенный же Саламетъ, сказывали прежде отдѣлясь отъ ихъ съ двумя или тремя стами левентовъ потянулся якобы къ сторонѣ Перекопа, съ намѣреніемъ прорваться за линію, для чего и приказалъ я полковнику Денисову съ тремя его казачьими полками и съ подкрѣпленіемъ Ахтырскаго гусарскаго сдѣлать надъ ними поискъ и стараться или переловить или истребить сію шайку. Но послѣ того опять донесено его свѣтлости, что помянутый Саламетъ шатается только съ самой малой партіею отъ 20 до 30 человѣкъ. Почему онъ и отрядилъ отъ себя надежнаго чиновника, съ нѣкоторымъ числомъ татаръ, для поимки его съ помощію войскъ нашихъ, когда гдѣ онъ откроетъ и не въ силахъ будетъ самъ его взять, на что и дано ему открытое повелѣніе. Я между тѣмъ видя внутри земли спокойствіе, для отдохновенія людямъ въ разсужденіи ненастнаго хотя и не очень холоднаго уже времени, разсудилъ войска свои ввести въ Бахчисарай и расположить по христіанскимъ домамъ и по ханамъ. А его свѣтлость ханъ остановился при здѣшнемъ форштатѣ въ мурзинскомъ домѣ, по обыкновенію своему въ палаткѣ съ угольями, въ ожиданіи покуда исправятъ его дворецъ, который нѣсколько внутри поиспорченъ и дней черезъ пять считаетъ перейтить.
10-го числа въ туманный день рапортовали меня отъ постовъ приморскихъ, что десять судовъ изъ Ахтіярской гавани вышли въ море и одно сѣло на мель за Херсономъ, какъ то и дѣйствительно купеческія или транспортныя съ бѣжавшими [228] отсюда начальниками мятежа отплыли на противную сторону. Хотя же и на горѣ, съ которой Ахтіярская гавань открыта, для примѣчанія учрежденъ постъ, по тотъ день за чрезвычайнымъ туманомъ разсмотрѣть никакъ не могъ. Почему я не знавъ обстоятельно остались-ли тамъ военныя суда, принужденъ до другаго дня отложить, приказавъ обстоятельно навѣдаться; когда же по очищеніи тумана разсмотря порядочно донесли мнѣ, что военные четыре фрегата все еще стоятъ въ гавани, то посему и разсудилъ я отправить къ нимъ секундъ-маіора князя Багратіона съ письмомъ, основаннымъ на точныхъ словахъ въ повелѣніи вашего сіятельства мнѣ предписанныхъ и со внесеніемъ въ оное перевода отзыва ко мнѣ вашего, прибавя токмо то, какъ я и въ донесеніи отъ 9-го числа сказалъ, что сей вашего сіятельства отзывъ данъ мнѣ на время еще бывшаго мятежа, а теперь по усмиреніи всего кольми паче долженъ я ожидать скорѣйшаго ихъ отсюда удаленія и тѣмъ самымъ отдаленія всѣхъ непріязненныхъ видовъ. Но вчерашній день, прежде возвращенія отъ нихъ секундъ-маіора князя Багратіона ко мнѣ, получилъ я съ присланнымъ къ хану и правительству чаусомъ письмо отъ новаго начальника судовъ Сулейманъ-аги, который и сначала писалъ ко мнѣ и въ слѣдъ за онымъ другое съ княземъ Багратіономъ. Что на то пристойнымъ нашелъ отвѣчать ему здѣсь имѣю честь поднести первые два оригиналами и въ переводахъ, а послѣднее въ копіи на разсмотрѣніе вашего сіятельства. Что же лежитъ до прибывшихъ двухъ судовъ, о которыхъ говоритъ Сулейманъ яко бы 4-й день какъ изъ Царьграда отправлены, то татаринъ проводившій сюда чауса слыша отъ турковъ говорилъ, что сіи суда вмѣстѣ съ прочими изъ Царьграда давно вышли, но за противными вѣтрами теперь только сюда достигли. Сходно какъ и министръ нашъ г. Стахіевъ объ отправленіи тогда осьми судовой эскадры извѣщалъ, коихъ всѣхъ теперь собралось шесть, да седьмое объ одной мачтѣ малое въ Ахтіярской гавани; а упомянутое имъ купеческое, изъ котораго яко бы бѣжавшихъ возвращаетъ назадъ, есть то судно, на [229] которое было сѣлъ бывшій при Сагибъ-Гирей-ханѣ Нурадинъ султанъ, Батырь-Гирей съ нѣкоторыми еще фамиліями и теперь выходитъ назадъ, къ которому ханъ и чиновника своего уже послалъ. Какія же письма предъ симъ и нынѣ Бахты-Гирей, тожь и Сулейманъ къ его свѣтлости и правительству писали и что на то съ общаго совѣта нашли мы пристойнымъ имъ отвѣчать, обстоятельно вашему сіятельству доноситъ г. резидентъ Константиновъ. Мнѣ теперь остается только о томъ нижайше вамъ, сіятельнѣйшій графъ, доложиться, что ежели и за послѣднимъ моимъ отзывомъ усиливаться станутъ высаживаться на берегъ, то какъ мнѣ съ ними тогда поступать? Такъ же когда они настаивать еще будутъ объ отправленіи новыхъ магзаровъ къ Портѣ, для полученія тешрифата, какъ и на сіе рѣшиться? На все сіе покорнѣйше прошу ваше сіятельство не оставить скорѣйшимъ и полнымъ снабдить меня наставленіемъ.