№ 7. Показаніе турка, прибывшаго въ главную квартиру.
[33]
Чаусъ, присланный отъ капитанскаго судна, прибывшаго въ Ахтіярскую гавань съ письмомъ къ его сіятельству князю Александру Александровичу Прозоровскому, объявилъ сначала, что они посланы отъ капитанъ-паши по повелѣнію турецкаго султана сюда въ Крымъ, для провѣдыванія здѣшнихъ дракъ между русскими и татарами, но послѣ признался, что не отъ султана, а только отъ капитанъ-паши.
Что капитанъ-паша желаетъ съ своею флотиліею побывать въ Крыму, но диванъ къ тому несогласенъ.
Что татары приносили жалобу, будто россійскіе по всему крымскому черноморскому берегу построили вездѣ крѣпости, такъ, чтобъ турецкимъ кораблямъ нигдѣ пристать не можно было, а особливо жалуются на хана Шагинъ-Гирея, что онъ не закона магометанскаго, а христіанинъ и будто на себѣ носитъ крестъ, для того его не желаютъ.
Назадъ тому шесть мѣсяцевъ говорено было вездѣ между турками, что цезарь римскій хотѣлъ туркамъ объявить войну, но препятствовала ему его мать, венгерская королева. Капитанъ-пашу хотѣлъ султанъ турецкій пожаловать верховнымъ визиремъ, но онъ отказался, знаючи, что диванъ ему [34] недоброжелателенъ, а они сего желали съ намѣреніемъ, чтобъ его скорѣй погубить.