№ 8. Показаніе татарина, пріѣхавшаго изъ толпы мятежниковъ.
[34]
1778 года января 8-го дня, татаринъ пріѣхавшій съ двумя чаусами, принадлежитъ ханскому казначею, при которомъ въ услугахъ и теперь есть родной его братъ. Онъ говорилъ, что Селимъ-Гирей-ханъ, увидя въ морѣ идущіе корабли, увѣрялъ сборище, что то отъ Порты ему въ помощь везутъ войска, орудія и припасы, но по прибытіи оныхъ, народъ, освѣдомясь, что пріѣздъ ихъ единственно для развѣданія, упрекали хана, что онъ ихъ обманулъ и что потеряли они всю надежду о спасеніи своихъ фамилій. На то ханъ отвѣчалъ, что его недогадка, чѣмъ нагружены судна, еще ничего не значитъ, но вашъ, продолжалъ онъ, обманъ, превосходитъ мѣры: вы увѣрили меня, что «ханъ и россійскія войска вами выгнаны изъ Крыма, что Керчь и Ениколь вы заняли уже своими силами, что Абдувели-паша ширинскій бей и все правительство меня приглашаютъ, которые о семъ и несвѣдомы и коихъ печати употребили вы фальшиво, а иныхъ предавъ поносной смерти печати ихъ приложили къ магзарамъ». На сіе сказали бунтовщики, поэтому и ты намъ не надобенъ; мы совѣтуемъ тебѣ отсюда выѣхать. Расположены-жь татарскія толпы по устьямъ рѣкъ Булганака, Алмы, Качи и Белбека, гдѣ самъ Селимъ-Гирей и часть ихъ обозовъ съ фамиліями, а часть есть и въ Балаклавѣ.