XI. Родимое пятно
— Завтра приезжает Сальватор. Болезнь задержала меня, — проклятая лихорадка! — а нам с тобой надо много о чём поговорить, брат, — сказал Кристо, обращаясь к Бальтазару. Они сидели в лавке Бальтазара.
— Слушай, каранчо, слушай внимательно и не перебивай меня, чтобы я не забыл, о чём надо говорить.
Кристо помолчал, как бы собираясь с мыслями, затем продолжал:
— Мы много потрудились с тобой для дон Педро Зурита. Проклятый испанец! Он богаче нас с тобой, но хочет быть богаче самого себя. Он хочет завладеть «морским дьяволом»...
Бальтазар зашевелился.
— Молчи, брат, молчи, иначе я забуду, что хотел сказать... Зурита хочет, чтобы «морской дьявол» был у него рабом. А знаешь ты, что такое «морской дьявол»? Это клад. Это неистощимое богатство! «Морской дьявол» может собирать на дне морском жемчуг, — много, много жемчужин, прекрасных, как месяц на небе, и крупных, как бобы. И не одни жемчужины может добывать «дьявол» со дна моря. Разве мало лежит там потонувших кораблей с неисчислимыми сокровищами? Он может добывать их для нас! Я говорю: для нас, а не для испанца. Знаешь ли ты, брат, что Ихтиандр любит Гуттиерэ?
Бальтазар опять зашевелился с явным намерением заговорить.
— Молчи и слушай. Я не могу говорить, когда меня перебивают! Да, Ихтиандр любит Гуттиерэ. О, от моих глаз ничего не скроешь! Они умеют читать в сердце человека, как белые читают в своих книгах. Когда я прочитал это в сердце Ихтиандра, я сказал: хорошо! Пусть Ихтиандр ещё сильнее полюбит Гуттиерэ. Он будет лучшим мужем и зятем, чем грязный испанец. И Гуттиерэ любит Ихтиандра. Это я тоже прочитал в её сердце, хотя женское сердце читать труднее. Я следил за ними, но не мешал Ихтиандру. Пусть плавает на свои свидания.
Бальтазар тяжело вздохнул, но не перебивал рассказчика.
— И это ещё не всё, брат. Слушай дальше. Я хочу напомнить тебе то, что было много лет назад... Я сопровождал твою жену, — этому будет уж лет двадцать, — когда она возвращалась от родных. Помнишь, она ездила в горы хоронить свою мать? В дороге твоя жена умерла от родов. Умер и ребёнок. Тогда я не сказал тебе всего. Зачем отравлять твоё сердце подробностями? А дело было так. Жена твоя умерла в дороге, но ребёнок был ещё жив, хотя и очень слаб... Молчи! Случилось это в индейской деревне. Одна старуха сказала мне, что недалеко от них живёт великий чудотворец, «бог»-Сальватор...
Бальтазар насторожился и стал с новым интересом слушать брата.
— ...И она посоветовала мне отнести ребёнка Сальватору, чтобы он спас его от смерти, — хотя бы его! Я послушал доброго совета и отнёс ребёнка Сальватору. «Спасите его», — сказал я. Сальватор взял твоего мальчика, покачал головой и сказал: «Трудно спасти его». И унёс. Я ждал до вечера. Вечером вышел негр и сказал: «Ребёнок умер». И я ушёл...
Однако Кристо не совсем верно передал эту историю и кое о чём умолчал. В то время Сальватор не только лечил детей, приносимых родителями, но и брал «на воспитание», платя хорошие деньги тем, кто доставлял ему детей. И старуха уговорила Кристо отдать ребёнка Сальватору. — «Мать умерла. Ну, что будет делать брат-вдовец с ребёнком? А у Сальватора ребёнку будет хорошо», — убеждала она Кристо. Однако Кристо не соглашался. Тогда она начала соблазнять его наградой, обильно угощая. И пьяный Кристо продал ребёнка, которого старуха отнесла к Сальватору.
— Так вот, — продолжал Кристо, — Сальватор сказал через своего негра, что ребёнок умер. У новорождённого ребёнка, — твоего сына, — я приметил на шее родимое пятно. — Кристо вздохнул, помолчал и продолжал: —Не так давно Ихтиандра кто-то ранил в шею. Делая ему перевязку, я приоткрыл ворот его «чешуи», которая плотно облегает его тело, и увидал большое родимое пятно...
Бальтазар тяжело дышал. Он смотрел на Кристо широко раскрытыми глазами и, задыхаясь, спросил:
— Ты думаешь, что Ихтиандр... мой сын?
— Молчи, брат, молчи и слушай. Да, я это думаю. Я думаю, что Сальватор сказал неправду. Твой сын не умер, и Сальватор сделал из него «морского дьявола».
— О-о!.. — Бальтазар заскрежетал зубами. — Как он смел! Я убью Сальватора собственными руками! — вне себя закричал Бальтазар. — Задушу как змею!
— Тс-с-с! Молчи! Ты — большая, хищная птица. Ты — каранчо. Но у Сальватора клюв и когти крепче, чем у тебя. И потом, может быть, я и ошибаюсь? Двадцать лет прошло. А разве родимое пятно на шее не может быть у другого человека? Ихтиандр — твой сын, а, может, и не сын. Тут надо быть осторожным, пускать в ход не когти, а змеиное жало. Ты пойдёшь к Сальватору и скажешь, что Ихтиандр твой сын. Я буду твоим свидетелем. И ты потребуешь, чтобы он отдал тебе сына. А если не отдаст, — ты скажешь, что донесёшь на него в суд за то, что он калечит детей. Этого он побоится. И ты, если понадобится, поедешь в суд. Если же в суде нам не удастся доказать, что Ихтиандр твой сын, он женится на Гуттиерэ. Это можно, — ведь она приёмная дочь. Ты тогда так тосковал о жене и сыне, что я разыскал тебе эту игрушку — сироту Гуттиерэ.
Бальтазар порывисто встал со стула и заметался по лавке, задевая крабов и раковины, которые падали с полок.
— Сын мой! Сын мой! О, какое несчастье!.. Я предал своего сына...
Кристо был удивлён:
— Почему несчастье? И почему предал? Мы хотели поймать Ихтиандра и отдать Зурита, не зная, что он сын твой. Но ведь мы ещё не предали? Ихтиандр уже несколько дней не показывается. Я думаю, он сторожит Гуттиерэ у берега моря.
— Какое несчастье!.. — продолжал Бальтазар. Наконец, немного успокоившись, он обратился к Кристо и сказал:
— Я не перебивал и внимательно слушал тебя; послушай теперь и ты меня. Пока ты горел в огне лихорадки, здесь были большие дела. Гуттиерэ вышла замуж за Педро Зурита...
Эта новость поразила Кристо.
— А Ихтиандр... бедный сын мой!.. — Бальтазар опустил голову и, всхлипывая, сказал:
— Ихтиандр — в руках Зурита...
Кристо был ошеломлён:
— Не может быть!
— Да, да. Ихтиандр на «Медузе». Сегодня утром Зурита приходил ко мне. Он очень смеялся надо мной и тобою, издевался и бранил нас «дохлыми дельфинами». Он говорил, что мы обманывали его. Он сам, без нас, поймал Ихтиандра. И теперь он нам ничего не уплатит. Но я и сам не возьму у него денег. Разве можно продать собственного сына?.. Сын мой, сын мой!..
Отчаяние Бальтазара не имело границ. Кристо неодобрительно смотрел на брата. Надо было решительно действовать, а Бальтазар находился в таком состоянии, что мог скорее повредить делу, чем оказать помощь. Сам Кристо не очень-то верил в родство Ихтиандра с Бальтазаром. Правда, Кристо видел на шее новорождённого родимое пятнышко. Но эту примету нельзя было считать неоспоримым доказательством. Когда Кристо увидел родимое пятно у Ихтиандра, у хитрого индейца явилась мысль использовать это сходство, чтобы поживиться. Но он не предполагал, что у Бальтазара так бурно проявятся отцовские чувства. Новости, сообщённые Бальтазаром, взволновали Кристо не тем, что Ихтиандр — его воображаемый племянник — оказался в плену у Зурита. Кристо не мог примириться с мыслью о потере Ихтиандра и обещанной от Зурита награды. Пока неутешный отец стонал и причитывал, Кристо обдумывал план действий. Наконец, он подошёл к Бальтазару и, положив ему руку на плечо, сказал:
— Теперь не время для слёз. Надо действовать. Сальватор приезжает завтра рано утром. Возьми своё сердце крепко в руки, брат, и ожидай меня на восходе солнца в конце мола. Надо спасти Ихтиандра, а сейчас спасти его может только Сальватор. И он спасёт Ихтиандра, клянусь солнцем! Но ещё раз говорю тебе: крепко сожми в руках своё сердце. И не говори Сальватору о том, что ты отец Ихтиандра. Куда направился Зурита?
— Он не сказал, но думаю, что на север. Зурита давно собирался к берегам Панамы.
Кристо кивнул головой.
— Помни же, завтра утром, перед восходом солнца, ты должен быть на берегу.
Распрощавшись с братом, Кристо поспешил к себе. Он всю ночь думал о предстоящей встрече с Сальватором. Надо было оправдать себя в глазах Сальватора.
Сальватор приехал на рассвете. Кристо, с лицом, выражавшим огорчение и преданность, сказал, поздоровавшись с доктором:
— У нас большое несчастье. Сколько раз я предупреждал Ихтиандра, чтобы он не плавал в заливе...
— Что с ним? — нетерпеливо спросил Сальватор.
— Его украли и увезли на шхуне. Я...
Пальцы Сальватора зашевелились, как щупальца спрута, и крепко впились в плечо Кристо, а глаза пытливо смотрели в глаза индейца. Это продолжалось одно мгновенье, но Кристо невольно изменился в лице под острым, испытующим взглядом. Сальватор нахмурился, пробормотал какое-то проклятие и, разжав пальцы на плече Кристо, быстро проговорил:
— Ты об этом ещё расскажешь мне...
— Джон! — Сальватор сказал негру несколько слов на непонятном Кристо языке и, вновь обратившись к индейцу, повелительно крикнул:
— Иди за мной!
Не отдыхая, даже не переодевшись с дороги, Сальватор вышел из дома и быстро пошёл в сад. Кристо едва поспевал за ним, удивляясь решительности и быстроте действий этого человека. У третьей стены их нагнали два негра.
Кристо охватило волнение. Неужели Сальватор может читать мысль человека? Зачем эти негры?
Быть может, они сейчас схватят и отрежут ему язык?..
— Я сторожил Ихтиандра, как верный пёс, — сказал Кристо, задыхаясь от волнения и быстрой ходьбы. Но Сальватор не слушал его. Доктор стоял уже около бассейна и нетерпеливо стучал ногой, пока вода вытекала сквозь открывшиеся в бассейне шлюзы.
— Иди за мной, — вторично сказал Сальватор, спускаясь по подземной лестнице. Кристо и два негра следовали за Сальватором. Несмотря на полный мрак, Сальватор быстро спускался по лестнице, прыгая через несколько ступеней, как человек, хорошо знакомый с этим подземным лабиринтом.
Спустившись на нижнюю площадку, Сальватор не повернул выключателя, как в первый раз, а, пошарив впотьмах рукой, открыл дверь в боковой стене и пошёл по коридору. Здесь не было ступеней, и Сальватор шёл ещё быстрее, не зажигая огня. — «Вдруг я провалюсь в какую-нибудь ловушку и утону в колодце?» — думал Кристо, шаркая ногами по полу. Коридор забирал всё вправо, потом резко повернул налево. Кристо почувствовал, что пол покато спускается вниз. Сильнее потянуло сыростью. Иногда Кристо казалось, что он слышит слабый плеск воды.
Наконец, подземное путешествие окончилось. Сальватор, ушедший вперёд, остановился и включил свет. Кристо увидал, что он находится в большом, залитом водою длинном гроте с овальным сводом. Этот свод, уходя вдаль, постепенно понижался к воде. У самого края каменного пола, на котором они стояли, Кристо увидел небольшую подводную лодку. Сальватор, Кристо и два негра вошли в лодку. Сальватор зажёг внутри каюты свет, один негр захлопнул верхний люк, в то время как другой уже работал у мотора. Кристо почувствовал, что лодка дрогнула, медленно повернулась, опустилась вниз и так же медленно двинулась вперёд. Прошло не более двух минут, и они всплыли на поверхность. Люк вновь был поднят. Сальватор и Кристо вышли на мостик. Кристо никогда не приходилось плавать на подводных лодках. Но эта лодка, скользившая теперь по поверхности океана, могла бы удивить и морского инженера. Она была необычайной конструкции и, очевидно, обладала мотором огромной мощности. Ещё не пущенная на полный ход, лодка стремительно летела вперёд.
— Куда отправились похитители Ихтиандра?
— Вдоль берега, на север, — ответил Кристо. — Я бы осмелился предложить вам захватить с собой моего брата. Я предупредил его, и он ожидает на берегу.
— Зачем?
— Ихтиандра украл ловец жемчуга — Зурита...
— Откуда ты знаешь это? — подозрительно спросил Сальватор.
— Я описал брату шхуну, и брат признал в ней «Медузу», принадлежащую Зурита. Зурита, наверно, украл Ихтиандра для ловли жемчуга. А мой брат, Бальтазар, знает места лова. Он будет полезен нам.
Сальватор подумал.
— Хорошо. Мы возьмём твоего брата.
Бальтазар ожидал на условленном месте. Лодка повернула к берегу. Бальтазар с берега, нахмурившись, смотрел на доктора, который отнял у него сына и изуродовал его. Однако индеец сдержался, вежливо поклонился и вплавь добрался до лодки.
— Полный ход! — отдал Сальватор приказ в слуховую трубку.
Лодку будто рванула неведомая сила. Ветер засвистал в ушах Кристо. Стальное чудовище резало воду с такой стремительностью, что по обеим сторонам лодки выросли две водяные стены, а позади лодки шла глубокая, пенящаяся борозда.
Сальватор стоял на капитанском мостике и зорко всматривался в глубь океана. В это время он был похож на хищную птицу, высматривавшую добычу.