IX. В поисках Гуттиерэ
Сборы Ихтиандра были не долги. Он снял костюм и башмаки, привязал их к спине ремнём, на котором висел у него нож, надел очки и перчатки — и отправился в путь.
В заливе Рио де Ла-Плата стояло множество океанских пароходов и кораблей, шхун и баркасов. Небольшие паровые каботажные катера беспрерывно сновали по заливу. Из-под воды их днища напоминали водяных жуков, двигавшихся по поверхности в разных направлениях. Якорные цепи и канаты поднимались со дна, как тонкие стволы подводного леса. Дно залива было покрыто всякими отбросами, железным ломом, осклизлыми, прогнившими досками, битыми бутылками, банками от консервов. Тонкий слой нефти покрывал поверхность. Солнце ещё не зашло, но здесь стояли зеленовато-серые сумерки. Река, протекавшая по низменной местности, поднимала со дна ил и уносила его далеко в море.
Ихтиандр мог бы заблудиться среди этого лабиринта судов, но компасом ему служило лёгкое течение впадавшей в залив реки.
«Удивительно, как много грязи!» — думал юноша, с брезгливостью рассматривая дно, напоминавшее свалку мусора. Он плыл посередине залива, ниже днищ стоявших на якоре кораблей. В загрязнённых водах залива ему было трудно дышать, как в душной пыльной комнате.
В нескольких местах на дне ему встретились трупы утопленников и скелет какого-то животного. На шее трупа человека с расколотым черепом виднелась верёвка, с привязанным к ней камнем. Здесь было погребено какое-то преступление. Ихтиандр спешил скорее выплыть из этих мрачных мест.
Но чем выше он поднимался по заливу, тем сильнее чувствовалось встречное течение. Плыть было трудно. В океане также были свои течения, но там они помогали ему: он хорошо знал их. Одни течения выносили его далеко в океан, другие — возвращали обратно. Он пользовался ими, как моряк попутным ветром. Здесь было только одно встречное течение. Ихтиандр был неустанным пловцом, но его раздражало, что он подвигался к своей цели так медленно.
Что-то вдруг пролетело мимо него, едва не задев. Это был брошенный с какого-то судна якорь.
«Однако, здесь плыть небезопасно, — подумал Ихтиандр. — Надо что-нибудь предпринять». — Юноша принял вертикальное положение и огляделся. Он увидел, что его нагоняет океанский пароход. Ихтиандр опустился ещё ниже, и когда днище корабля, замедлившего ход на повороте, проходило над ним, ухватился своими лапами за выступавший киль. Полипы облепили железо шероховатой массой, за которую можно было довольно крепко держаться. Правда, лежать под водой в таком положении не очень удобно, но зато теперь он был под прикрытием, и быстро плыл, увлекаемый пароходом.
Залив окончился, и пароход поплыл по реке Парана. Открытые берега давали больший доступ свету. Несмотря на наступивший вечер, стало светлее. Ихтиандр дышал довольно свободно в пресной речной воде, но всё же чувствовал себя хуже, чем в море, как житель долин, поднявшийся на высокие горы. Дыхание Ихтиандра участилось. Его руки онемели, но он не хотел расстаться с быстро идущим пароходом.
«Как жаль, что я не мог отправиться в это путешествие с Лидингом!» — вспомнил он о дельфине. Но Лидинга могли убить в реке. Притом, он не мог плыть под водой весь путь, а Ихтиандр опасался подниматься на поверхность реки, с её большим движением.
Ихтиандр уставал всё более. Вдобавок, он почувствовал сильный приступ голода, так как не ел весь день. Пришлось сделать остановку. Он разжал руки, опустился на дно и почувствовал, как его тело обдают, подобно порывам ветра, волны, поднятые винтом парохода.
Сумерки сгущались. Ихтиандр осмотрел песчаное дно. Но он не нашёл ни распластанных камбал, ни устричных раковин. Пресноводные рыбы, шнырявшие мимо него, были неизвестных ему пород. Он не знал их повадок, и они казались ему более хитрыми, чем морские, так как их трудно было поймать. Только когда наступила ночь и рыбы уснули чутким сном, Ихтиандру удалось поймать довольно большую щуку. Мясо её отдавало тиной, но проголодавшийся юноша с аппетитом съел её, глотая целые куски с костями.
Теперь надо отдохнуть. В этой реке, по крайней мере, спать можно спокойно, не опасаясь ни акул, ни спрутов. Но нужно было позаботиться о том, чтобы течение не унесло вниз его спящего тела. Ихтиандр нашёл на дне несколько камней, сдвинул их грядой и улёгся, охватив один камень рукой.
Спал он, однако, не долго. Вскоре он почувствовал волнение воды. Приближался какой-то пароход, Ихтиандр открыл глаза и увидал сигнальные фонари. Судно шло снизу. Такого случая нельзя было пропустить. Юноша быстро поднялся и приготовился прицепиться к пароходу. Однако, это оказалась моторная лодка, дно которой было совершенно гладкое. Ихтиандр, делая напрасные попытки ухватиться за дно, едва не попал под винт.
Несколько пароходов прошли по течению, пока, наконец, Ихтиандру не удалось прицепиться к пассажирскому пароходу, шедшему вверх.
Когда Ихтиандр добрался до города Параны, первая часть его путешествия было окончена.
Но оставалась ещё самая трудная — сухопутная.
Ранним утром Ихтиандр поплыл от шумной гавани города вверх по реке в безлюдную местность, осторожно огляделся и вылез на берег. Он снял очки и перчатки, закопал их в прибрежном песке, высушил на солнце башмаки и костюм и оделся. Измятый костюм придавал ему вид бродяги. Но он мало думал об этом.
Ихтиандр отправился вдоль берега, расспрашивая встречных рыбаков, не знают ли они, где находится гасиенда «Долороза» дона Педро Зурита.
Рыбаки подозрительно осматривали его и отрицательно качали головой.
Проходил час за часом, жара всё усиливалась, а поиски ни к чему не приводили. Чтобы освежиться, Ихтиандр принуждён был несколько раз раздеваться и погружаться в воду.
Наконец, около четырёх часов дня ему посчастливилось. Старый крестьянин, — по виду рабочий с фермы, — выслушав Ихтиандра, кивнул головой и сказал:
— Иди вот так, всё по этой дороге, полями. Дойдёшь до озера, перейдёшь мост, взойдёшь на небольшой пригорок, там тебе и будет усатая Долороза.
— Но ведь это гасиенда?
— Ну, да, и хозяйку так зовут — Долороза. Полная такая, усатая старуха. Только, если думаешь наняться к ней на работу, не ходи. Живьём съест. Настоящая ведьма!
— А далеко?
Старик посмотрел на солнце.
— К вечеру дойдёшь.
Кивнув головой старику, Ихтиандр быстро зашагал по дороге полями пшеницы и кукурузы. От быстрой ходьбы он начал уставать. Дорога тянулась бесконечной белой лентой. Пшеничные поля сменялись выгонами с высокой густой травой, на которых паслись многочисленные стада овец.
Ихтиандр изнемогал. Режущие боли в боках всё усиливались. Жажда томила его. И кругом — ни капли воды.
«Хотя бы озеро скорее!» — шептал Ихтиандр пересохшими губами. Его щёки и глаза ввалились, он тяжело дышал.
Навстречу ему шёл, заложив руки за спину, человек в белом кителе с блестящими пуговицами, в белой фуражке и с кобурой на поясе.
— Скажите, далеко до гасиенды «Долороза»? — спросил Ихтиандр.
Толстенький человек подозрительно осмотрел Ихтиандра.
— А тебе что нужно? Откуда идёшь?
— Из Буэнос-Айреса... — человек в кителе насторожился. — Мне нужно там... повидать кой-кого... — смущённо добавил Ихтиандр.
— Протяни руки, — сказал толстенький человек.
Этот приказ удивил Ихтиандра, но, не подозревая ничего плохого, он протянул руки. Толстяк вынул из кармана «браслеты» и быстро защёлкнул на руках Ихтиандра ручные кандалы.
— Много вас таких шляется, — сказал он и, толкнув Ихтиандра в бок, крикнул: — Иди. Я провожу тебя к «Долорозе».
— Но зачем вы стеснили мои руки? — в полном недоумении спросил Ихтиандр, поднимая руки и разглядывая «браслеты».
— Не валяй дурака! — строго прикрикнул толстяк и ещё раз толкнул юношу. — Ну, марш!
Ихтиандр, склонив голову, поплёлся по дороге. Хорошо ещё, что его не заставили идти назад. Он не мог понять, что с ним произошло. Юноша не знал, что целый район охвачен восстанием фермеров, что усиленные наряды полиции шныряли по всем дорогам, перехватывая агитаторов из Параны и Буэнос-Айреса, что сам Ихтиандр, в своём измятом костюме, имел вполне «подозрительный» вид. Его запутанный ответ о цели путешествия окончательно решил его судьбу. Ихтиандр был арестован полицейским, который вёл его в ближайшее селение, чтобы по этапу отправить в центральную тюрьму Параны.
Ихтиандру было понятно только одно, что он лишён свободы и что в его путешествии наступила досадная задержка. Он решил вернуть себе свободу при первой возможности.
Толстый полицейский, довольный удачей, закурил длинную сигару и шёл позади Ихтиандра, обдавая его клубами зловонного дыма, от которого Ихтиандр задыхался ещё более.
— Нельзя ли не пускать в меня дым, мне тяжело дышать, — обернувшись, сказал он своему стражнику.
— Что-о? Просят не курить? Ха-ха-ха! — Полицейский засмеялся так, что всё его лицо собралось в морщины и живот затрясся. — Подумаешь, какие нежности! — И, выпустив в лицо юноши дым, как из паровозной трубы, он крикнул: — Пшёл!
Юноша повиновался.
Наконец, Ихтиандр увидал озеро с перекинутым через него узким мостом и невольно ускорил шаги.
— Не спеши к своей Долорозе, — прикрикнул толстяк.
Они взошли на мост. На середине моста Ихтиандр вдруг перепрыгнул через перила и бросился в воду.
Полицейский никак этого не ожидал от человека со скованными руками.
Но и Ихтиандр не ожидал от толстяка того, что тот сделал в следующее же мгновение. Полицейский бросился в воду вслед за Ихтиандром, опасаясь того, что «агитатор» может утонуть. Полицейскому было более выгодно доставить живой трофей. Притом, арестованный, утонувший с ручными кандалами, мог наделать хлопот. Полицейский так быстро последовал за Ихтиандром, что успел ухватить его за волосы и не отпускал, отчаянно ругаясь. Тогда Ихтиандр, рискуя лишиться волос, потянул полицейского на дно. Вскоре Ихтиандр почувствовал, что рука полицейского разжалась и отпустила волосы. Ихтиандр отплыл несколько метров и выглянул из воды, чтобы посмотреть, выплыл ли и полицейский. Тот уже барахтался на поверхности и, увидав голову Ихтиандра, закричал:
— Утонешь, подлец ты этакий, чтоб тебя крабы съели! Плыви ко мне!
«А ведь это мысль!» — подумал Ихтиандр и вдруг крикнул:
— Ах, спасайте! Тону!.. — и опустился на дно.
Из-под воды он наблюдал за полицейским, который нырял, в поисках утопающего. Наконец, видимо отчаявшись в успехе, полицейский выплыл на берег, встряхнулся и быстро пошёл по дороге.
«Придут искать тело утопленника», — подумал Ихтиандр. Осторожно выглянув и убедившись, что на дороге никого нет, он быстро вылез из озера и бросился бежать по кукурузному полю.