[408]
Пересказавъ рейсъ-эфендію содержаніе инструкціи вашей, сего утра мною данной, я вручилъ ему слѣдующія при ней копіи. Онъ, оказавъ великое удивленіе, вызывался, что не понимаетъ, какая ошибка могла случиться, потому что какъ калифская грамата, такъ и прочія съ оберъ-шталмейстеромъ [409] Руги-Сулейманъ-агою отправленныя бумаги были во всемъ точно сходны съ формулярами, установленными между обѣими Имперіями. На что я, показавъ ему находящіяся несходства въ калифской граматѣ, въ церемоніалѣ и въ визирскомъ письмѣ, онъ на то изъяснялся, что Сулейманъ-агѣ поручена калифская благословительная грамата точно такая какъ установленный формуляръ на оную гласитъ. Но что изъ уваженія, что его свѣтлость ханъ можетъ спросить, для чего его величество султанъ сверхъ реченной благословительной граматы не удостоилъ почтить его какою другою и для чего не упоминается въ благословительной граматѣ качества и количества присланныхъ къ нему подарковъ, — въ запасъ и на случай такого вопроса дана Сулейманъ-агѣ также и предъявляемая теперь другая грамата съ приказаніемъ не дѣлать изъ оной никакого употребленія, инако какъ развѣ въ случаѣ вопроса о томъ. И такъ надобно думать, что Сулейманъ-ага при выданіи копіи, замѣшавшись, вручилъ послѣднюю вмѣсто первой, или же хотя и неможно вѣрить, потерялъ благословительную грамату. А что касается до церемоніала, рейсъ-эфенди божился, что не давалъ ему никакого и думаетъ, что онъ самъ собою просилъ того у церемоніймейстера, который далъ ему копію прежняго церемоніала, и въ заключеніе рѣшился отправить къ Сулейманъ-агѣ курьера съ выговоромъ не только за его ошибку, но и за нѣкоторыя въ его письмахъ употребленныя слова и съ присовокупленіемъ другихъ экземпляровъ какъ калифской благословительной граматы, такъ и копіи врученнаго вамъ отъ Блистательной Порты меморіала относительно церемоніала, неменьше какъ и написать новое письмо отъ визиря, пристойнѣйшаго содержанія, нежели прежнее, потому что я истолковалъ ему, что содержаніе послѣдняго неприлично, будучи равнаго содержанія съ вышереченною султанскою граматою, данною въ запасъ и на случай вопроса о томъ, тѣмъ паче, что тутъ употреблены рѣчи несходственныя съ постановленнымъ уговоромъ и что приличное визирскаго письма содержаніе должно сокращаться въ томъ, что «получа письмо вашей свѣтлости и депутаты, прибывъ [410] благополучно съ магзаромъ, я не преминулъ оный поднести его султанову величеству, который сходственно съ постановленіями между обѣими Имперіями посылаетъ свою благословительную грамату съ подарками», и пр. Рейсъ-эфенди обѣщался и сіе послѣднее письмо написать по вышереченному начертанію, а между тѣмъ неоднократно спрашивалъ у меня, гдѣ Сулейманъ-ага находится, чтобъ онъ не возвратился безъ исполненія своей коммиссіи и казался весьма опечаленнымъ чрезъ оное происшествіе, вызываясь, что оное дѣлаетъ ему великое безчестіе какъ у самаго султана, такъ и у визиря.