XIV. Нежданная свобода
Преследователи Зурита не знали о событиях, происшедших на «Медузе» в это утро.
Матросы всю ночь шептались по углам, и к утру ими было принято решение: при первом удобном случае напасть на Зурита, убить его и овладеть Ихтиандром и шхуной.
Рано утром Зурита стоял на капитанском мостике. Ветер утих, и «Медуза» медленно подвигалась вперёд, делая не более трёх узлов[1] в час.
Зурита всматривался в какую-то точку на океане.
— Странно! — сказал они взглянул в бинокль. Сомнения не было. Со дна океана торчали мачты затонувшего корабля.
Вскоре Зурита заметил плававший на поверхности спасательный круг.
Зурита распорядился спустить шлюпку и выловить круг.
Когда круг был поднят, Зурита прочитал на нём: «Мафальду».
— «Мафальду» потонул! — удивился Зурита. Он знал этот большой американский почтово-пассажирский пароход. На таком пароходе должно быть немало ценностей. Что если бы Ихтиандр добыл с затонувшего парохода эти ценности? Но хватит ли длина цепи? Конечно, нет… Если же отпустить Ихтиандра без цепи, он не вернётся… Зурита задумался. Жадность и опасения потерять Ихтиандра боролись в нём.
«Медуза» медленно приближалась к торчавшим из воды мачтам.
Матросы столпились у борта. Ветер утих совершенно, паруса повисли, «Медуза» остановилась.
— Я одно время служил на «Мафальду», — сказал один из матросов. — Большой пароход. Хороший. Целый город. А пассажиры все такие важные американцы…
— Полные чемоданы денег?
— Уж наверно!
Мысль Зурита усиленно работала:
«Такой прекрасный пароход, разумеется, скоро будет поднят. Надо спешить, пока не начались работы по подъёму судна».
Зурита приказал бросить якорь. Затем он сошёл в каюту, что-то написал и с листком бумаги прошёл в каюту Ихтиандра.
— Ты умеешь читать, Ихтиандр? Гуттиерэ прислала тебе записку.
Ихтиандр взял записку и прочитал:
«Ихтиандр! выполни мою просьбу. Рядом с «Медузой» находится потонувший пароход. Опустись в море и принеси с этого корабля всё, что найдёшь ценного. Зурита отпустит тебя без цепи, но ты должен вернуться на «Медузу». Сделай это для меня, Ихтиандр, и ты скоро получишь свободу. Гуттиерэ».
Ихтиандр никогда не получал писем от Гуттиерэ и не знал её почерка. Он очень обрадовался, получив это письмо, но тотчас задумался. Что, если это хитрость Зурита?
— Почему Гуттиерэ сама не скажет мне этого? — спросил Ихтиандр, указывая на записку.
— Она не совсем здорова, — ответил Зурита, — но ты увидишь её, как только вернёшься.
«Зачем Гуттиерэ ценности? — продолжал думать Ихтиандр. — Быть может, она хочет отдать их через Ольсена тем бедным людям? «У Гуттиерэ золотое сердце», — вспомнил Ихтиандр слова Ольсена. — Да, это возможно. Гуттиерэ хочет помочь голодным».
— Я согласен, — сказал Ихтиандр.
Зурита вздохнул с облегчением. «Этот мальчик не обманет», — подумал Педро.
— Тогда идём скорей!
Ихтиандр быстро поднялся на палубу и бросился в море.
Матросы сразу поняли, что Ихтиандр отправился за потонувшими сокровищами. Это ещё больше разожгло их жажду. Они переглянулись, и каждый прочитал в глазах другого:
«Пора!»
…В то время как на поверхности моря люди боролись за обладание Ихтиандром, сам он исследовал затонувший корабль.
Через огромный люк верхней палубы юноша проплыл вниз, над трапом, который напоминал лестницу большого дома, и вплыл в обширный коридор. Здесь было почти темно. Только слабый свет проникал сквозь двери…
Ихтиандр вплыл в одну из раскрытых дверей. Большие круглые иллюминаторы освещали огромный салон, который мог вместить не одну сотню людей. Ихтиандр уселся на роскошную бронзовую люстру и посмотрел вокруг.
Странное зрелище было перед ним. В зелёном сумраке, как тени, мелькали рыбы, проникшие сюда через разбитые стёкла иллюминаторов. Деревянные стулья и столы, не прикреплённые к полу, всплыли вверх и колыхались у потолка. На небольшой эстраде стоял рояль с открытой крышкой. Персидские ковры устилали пол. Лакированная обшивка стен из красного дерева покоробилась. У одной стены поднимались листья пальм. Они ещё не перегнили и держались на стволах. Ихтиандр оставил люстру и поплыл к пальмам. Вдруг он с изумлением остановился. Навстречу ему плыл человек, повторяя его движения. «Зеркало!» — догадался Ихтиандр. Это огромное зеркало занимало всю стену, тускло отражая в воде внутренность салона.
Здесь нечего было искать сокровищ, и Ихтиандр выплыл в коридор, спустился одной палубой ниже и вплыл в такую же роскошную и огромную, как салон, каюту, где был, очевидно, ресторан. На столе ещё стояла дорогая сервировка, часть посуды валялась на полу… Он посетил ещё несколько кают, обставленных по последнему слову американского комфорта.
Ихтиандр осмотрел уже значительную часть корабля, но ещё не встретил ни одного трупа. Только на третьей палубе, в одной из кают, он увидал распухшее тело мужчины в жилете, колыхавшееся под потолком. «Очевидно, пароход тонул медленно, и пассажиры были спасены на шлюпках», — подумал Ихтиандр.
Однако, когда он опустился ещё ниже, — в каюты, где помещались пассажиры третьего класса, юноша увидел ужасную картину. Многие каюты были наполнены телами утопленников — мужчин, женщин и детей. Здесь были представители всех рас — белые, китайцы, негры, индейцы…
Команда парохода в первую очередь, очевидно, стремилась спасти «верхушку» — богатых пассажиров первого класса, бросив бедноту на произвол судьбы. В некоторые каюты нельзя было вплыть, так как в дверях валялись груды трупов. В панике люди давили друг друга, забивали выход своими телами, отрезая себе последний путь спасения…
Длинный коридор был наполнен колыхавшимися трупами. Иллюминаторы кое-где были открыты или разбиты, получился водяной «сквозняк», который и производил это движение. Трупы ритмически колыхались — одни на полу, другие под потолком. Процесс разложения уравновесил некоторые тела, и они стояли, — одни вверх, но большинство вниз головой, перевёрнутые вздувшимся животом, — кивали головами и медленно двигали руками, как бы призывая Ихтиандра оказать им последнюю услугу…
Ихтиандра охватило чувство брезгливости и ужаса. Он поспешил уплыть из этого подводного кладбища. Юношей вновь овладели сомнения…
Гуттиерэ знала, куда посылают его. Неужели она могла потребовать от него, чтобы он выворачивал карманы утопленников и вскрывал чемоданы? — Нет, этого она не могла сделать! Ихтиандр опять попал в ловушку Зурита. «Я выплыву на поверхность, — решил Ихтиандр, — и потребую, чтобы Гуттиерэ вышла на палубу и сама мне подтвердила просьбу».
Как рыба, скользил юноша по бесконечным переходам от палубы к палубе и быстро поднялся на поверхность.
— Зурита! — закричал он. — Гуттиерэ!
Но ему никто не отвечал. Безмолвная «Медуза» покачивалась на волнах.
«Куда они все пропали? — подумал юноша. — Может быть, это тоже ловушка?»
Ихтиандр осторожно подплыл к шхуне и взобрался на палубу.
— Гуттиерэ! — крикнул он ещё раз.
— Мы здесь! — услышал он голос Зурита, раздавшийся с берега. Ихтиандр оглянулся и увидел Зурита, выглядывавшего из кустов на берегу.
— Гуттиерэ заболела, и я должен отправить её к врачу… Она хочет тебя видеть. Плыви сюда, Ихтиандр, — продолжал Зурита.
«Гуттиерэ больна! И я сейчас увижу её!..» Ихтиандр бросился в воду и быстро поплыл к берегу.
Юноша уже вышел из воды, когда услышал заглушённый голос Гуттиерэ:
— Зурита лжёт! Спасайся, Ихтиандр!
Юноша быстро повернул назад и бросился в воду. Зурита зарычал, как зверь, упустивший добычу, но юноша уже нырнул и плыл под водой.
Только отплыв далеко от берега, он поднялся на поверхность и обернулся. Ему показалось, что в зелени кустов мелькнул белый платок. Быть может, Гуттиерэ приветствовала его спасение. Увидится ли он когда-нибудь с нею?..
Ихтиандр быстро поплыл в открытое море.
Вдали он увидел небольшое судно, напоминавшее собою подводную лодку, когда она плывёт над водой. Лодка, окружённая пеной, направилась к «Медузе», взрывая воду острым носом…
«Подальше от этих людей!» — подумал Ихтиандр, глубоко нырнул и поплыл под водою…