[6]
№ 4. Рескриптъ императрицы Екатерины II — Стахіеву, нашему посланнику въ Константинополѣ.
Изъ полученныхъ отъ васъ съ экспедиціею 20-го ноября депешъ усмотрѣли мы съ особливымъ удовольствіемъ, что Порта Оттоманская начинаетъ являть вящшую предъ прежнимъ податливость къ полюбовной сдѣлкѣ.
Въ такомъ разумѣніи представляются намъ освобожденіе изъ ссылки татарскихъ депутатовъ и дозволенный судамъ нашимъ пропускъ въ Черное море, а особливо предъявленіе чрезъ посла французскаго тѣхъ пунктовъ, кои она, Порта, считаетъ затруднительными для себя. Если притомъ предположить, что Порта соглашается уже на главное дѣло, т. е. признаніе ханомъ Шагинъ-Гирея, какъ въ томъ кавалеръ де-Сентъ-Пріестъ [7] и надежду подалъ, то въ прочихъ желаніяхъ и запросахъ ея не находимъ мы столько трудности и прихоти, сколько по сю пору въ безызвѣстности чаять надлежало, почему опять и думаемъ далѣе, что теперь при ближайшемъ обѣихъ сторонъ сношеніи не невозможно будетъ достигнуть желаемаго конца.
Для чего видится намъ продолженіе посредства французскаго посла и нужнымъ и не предосудительнымъ: нужнымъ потому, чтобъ скорѣе и полнѣе узнавать истинныя мнѣнія министровъ турецкихъ, а не предосудительнымъ потому, что французское министерство имѣетъ теперь по другимъ политическимъ обстоятельствамъ искреннее желаніе видѣть хлопоты наши съ Портою Оттоманскою совершенно развязанными, слѣдовательно же и ставитъ себѣ за удовольствіе намъ въ томъ по возможности способствовать, каковое удовольствіе мы ему опять охотно оставить хотимъ по сходству въ томъ собственныхъ нашихъ видовъ и интересовъ.
На семъ самомъ основаніи прилагается здѣсь на имя кавалера де-Сентъ-Пріеста письмо нашего дѣйствительнаго тайнаго совѣтника графа Панина съ копіею для вашего свѣдѣнія. Вы имѣете вручить ему оное съ пристойнымъ привѣтствіемъ отъ двора нашего, да и сами въ разговорахъ вашихъ съ нимъ сообразоваться содержанію онаго, поколику тутъ утверждается искреннее наше намѣреніе сохранить, съ Портою Оттоманскою миръ и способствовать въ томъ съ нашей стороны всѣми удобь возможными снисхожденіями къ ея внутреннимъ заботамъ. А дабы таковое предъявленіе оправдать самымъ дѣломъ, повелѣли мы здѣсь приложить учиненныя по волѣ нашей примѣчанія на сообщенныя вамъ статьи турецкихъ требованій, кои ему, кавалеру де-Сентъ-Пріесту, на конференціи 23-го (12-го) ноября Абдулъ-Резакомъ предложены были. Изъ сихъ примѣчаній открывается ясно, что мы склонны удовлетворить отчасти первому, третьему, четвертому, пятому и шестому требованіямъ Порты Оттоманской; ибо второе относительно Шагинъ-Гиреева ханства есть и долженствуетъ оставаться при нашемъ [8] ультиматѣ кондиціею sine qua non, а седьмое и восьмое не таковой сами по себѣ важности, чтобъ заслуживали остановить конечную развязку.
Кромѣ сего короткаго оглавленія о каждой статьѣ примѣчаній нашихъ на турецкіе запросы, признаемъ мы за нужно войти еще здѣсь въ ближайшія по онымъ разсужденія къ точному вашему руководству при самой негоціаціи.
1) Требованіе Порты, чтобъ со стороны Россіи такая же, какъ и отъ нея декларація въ пользу татаръ учинена была, не встрѣчаетъ ни малѣйшаго сомнѣнія, и для того повелѣли мы приложить здѣсь проектъ таковой деклараціи.
Въ ономъ повторя содержаніе третьей статьи кайнарджійскаго мира, помѣщены еще по частямъ какъ обѣщаніе о выводѣ нашихъ войскъ изъ Крыма, Тамана и Кубани, такъ и всѣ тѣ обязательства, кои мы почитаемъ нужными для объясненія вольности и независимости народовъ татарскихъ со стороны обѣихъ имперій, дабы послѣ между ими не могло вновь случиться недоразумѣнія и непріятностей, а особливо ханъ, правительство и всѣ народы татарскіе достовѣрно и формально узнали въ чемъ точно состоитъ новое ихъ политическое бытіе.
Нѣтъ причины думать, чтобъ Порта Оттоманская стала затрудняться въ принятіи нашего проэкта взаимной деклараціи, когда она съ доброю вѣрою въ новые переговоры вступила и прямое намѣреніе имѣетъ кончить всѣ хлопоты. Изъясняясь такимъ образомъ съ посломъ французскимъ, постарайтесь вы убѣдить его въ той истинѣ, что инако бы самыя деклараціи были тщетны и не соотвѣтствовали предполагаемой въ нихъ цѣли. Со всѣмъ тѣмъ не возбраняемъ мы вамъ учинить, въ случаѣ крайняго упорства отъ Порты Оттоманской, нѣкоторыя сокращенія, дополненія, или же перемѣны противу проэкта, наблюдая только по лучшему вашему усмотрѣнію, чтобъ обѣ деклараціи были равногласны, равносильны и равнообязательны и чтобъ еще въ нихъ сохраненъ былъ истинный разумъ третьей статьи мирнаго артикула. [9]
2) Рекламаціи Портою вѣры трактатовъ противу выбора нынѣшняго хана и обѣщаніе ея признать въ семъ качествѣ его, или же всякого другого князя, который будетъ избранъ татарами по выступленіи нашихъ войскъ, не могутъ имѣть мѣста при томъ кризисѣ, до котораго доведены взаимныя дѣла, да и вѣроятно, что турки упоминаютъ объ оныхъ единственно пустою формалитетою, познавъ уже, что твердость наша въ семъ пунктѣ непоколебима, или же по большей мѣрѣ въ цѣну выторжки отъ насъ пустыхъ татарамъ присвоенныхъ земель между рѣками Бугомъ и Днѣстромъ.
Что принадлежитъ до образа исполненія (modus procedenti) въ признаніи отъ Порты Шагинъ-Гирея-хана, оное относимъ мы къ степенямъ, въ ультиматѣ начертаннымъ, довольствуясь здѣсь подтвердить вамъ полное его въ сей части наблюденіе, ибо тутъ никакая отмѣна мѣста имѣть не можетъ, въ томъ наипаче разсужденіи, что всячески сохранено нужное уваженіе къ деликатности султана по пункту верховнаго его калифейства.
3) Домогательство Порты Оттоманской о назначеніи мѣры (qu’il soit fixé un gabarit) для торговыхъ нашихъ судовъ, которыя бы изъ Бѣлаго моря въ Черное проходить могли, есть совсѣмъ излишнее, когда въ самомъ трактатѣ ясно и точно сказано, что намъ дозволяется употреблять такія торговыя суда, каковыми другіе народы обыкли ходить въ Константинополь. Однакожь въ поспѣшествованіе миролюбной развязкѣ нынѣшняго кризиса, позволяемъ мы вамъ, если турки подлинно не удовольствуются общею по словамъ трактата ссылкою на равенство торговыхъ нашихъ судовъ, съ бывающими въ Константинополѣ французскими и аглинскими кораблями, опредѣлить для нихъ вновь точную форму и мѣру, начиная съ самой меньшей препорціи употребляемыхъ тамъ кораблей и другихъ судовъ даже до самой большей, внушая и представляя, что достоинство наше, которое мы толико хранить обыкли, не дозволяетъ намъ согласиться на каковое либо предъ другими націями сокращеніе. Посолъ французскій не можетъ не признать справедливости сего [10] примѣчанія, а потому сколько бы съ другой стороны не завиствовала внутренно Франція, къ открытой нами для россійскихъ торговъ новой левантской отрасли, обойдется пристойнымъ образомъ безъ подкрѣпленія отъ себя нашихъ резоновъ.
4) Въ примѣчаніи нашемъ на статью о уступкѣ Портѣ пустой земли между Бугомъ, границею Польскою, Днѣстромъ и Чернымъ моремъ, объявили уже мы, что согласны отрещись отъ пріобрѣтеннаго нами на сію землю права завоеванія; но какъ оное нами въ мирномъ трактатѣ перенесено было на татаръ, такъ и взыскиваетъ собственное наше достоинство и сущая справедливость сохранить при исполненіи турецкаго требованія лицо и обрядъ добровольной уступки отъ хана и правительства татарскихъ. А въ доказательство, что тутъ не замыкается у насъ никакого сокровеннаго умысла, позволяемъ мы вамъ обнадежить Порту, именемъ двора нашего, безпосредственно-ли собою въ теченіе переговоровъ или еще и прежде оныхъ чрезъ посла французскаго, что мы съ охотою и доброю вѣрою употребимъ всевозможные способы къ преклоненію и хана и правительства его на такую добровольную уступку. Надобно только, чтобъ Порта сдѣлала имъ о томъ съ своей стороны безпосредственое предложеніе, по которому мы и хотимъ уже ручаться ей за успѣхъ, ибо при усматриваемой въ ханѣ непреклонности можно будетъ желаемую отъ него уступку поставить ему въ цѣну собственнаго его признанія. Но сіе послѣднее разсужденіе не такого свойства, чтобъ оное кому либо открывать надлежало, кромѣ употребленія его вами самими къ мѣсту и ко времени.
Не скроемъ мы здѣсь и того отъ васъ, что дѣйствительно находимъ присвоеніе татарамъ земли между рѣками Бугомъ и Днѣстромъ лежащей и неудобнымъ и невыгоднымъ. Неудобнымъ потому, что часть сія будучи отрѣзана отъ области татарской владѣніями россійскими и турецкими, а притомъ еще и Чернымъ моремъ, не можетъ имѣть безпосредственнаго сообщенія съ верховнымъ своимъ правленіемъ; а невыгоднымъ для того, что [11] кромѣ легчайшихъ способовъ туркамъ привести сію часть при первомъ случаѣ въ единомысліе съ собою и отторгнуть подъ зависимость свою, хищенія и другія татарамъ свойственныя злодѣйства въ сосѣдствѣ съ нами и Польшею производимыя, скоро бы подали поводъ къ новымъ взаимнымъ раздорамъ. Напротивъ чего, гораздо подручнѣе держать ихъ въ уздѣ особнякомъ на Кубани; ибо съ той стороны всякое ихъ своевольство можетъ меньше вредно и меньше удачно быть.
Не взирая на сіи внутреннія причины нашего снисхожденія къ турецкой просьбѣ, надлежитъ вамъ тѣмъ не меньше взаимно требовать, чтобъ вся татарами Портѣ уступаемая земля оставлена была впустѣ безъ всякихъ населеній и заведеній, удѣляя только нѣкоторую часть ея на уѣздъ къ городу Очакову, дабы оный свободное и нужное сообщеніе имѣть могъ съ другими ея ближними землями безъ всякаго прикосновенія къ цѣлости границъ угла степи между рѣками Бугомъ и Днѣстромъ, Россіею въ мирномъ трактатѣ пріобрѣтеннаго и конвенціею ген.-маіора Кохіуса разграниченнаго, о которой однакожь безъ крайней нужды отнюдь не упоминать, дабы и сіе пріобрѣтеніе не подвергнуть новымъ спорамъ и сомнѣніямъ.
Если-бъ Порта Оттоманская стала вопреки оставленія впустѣ уступаемой ей земли дѣлать сильныя возраженія, въ таковомъ случаѣ при усматриваемой вами невозможности преодолѣть претительность ея безъ затрудненія всей негоціяціи, позволяемъ мы вамъ сократиться напослѣдокъ въ одномъ только обязательствѣ на татаръ, какъ народъ, другому государю подвластный, а впрочемъ къ мирному сожитію неспособный, дабы они тамъ принимаемы и населяемы не были. Самъ посолъ французскій подавалъ уже вамъ надежду на одержаніе таковаго для татаръ исключенія, по резону огражденія взаимнаго на границахъ покоя и устройства отъ ихъ пакостей. А какъ имъ всячески подобны, буде еще и не опаснѣе ихъ для сосѣдства, бѣжавшіе изъ имперіи нашей запорожскіе казаки, то, въ замѣну нашей по вышеупомянутымъ землямъ важной уступки изъ самаго трактата, [12] имѣете вы требовать и домогаться, чтобъ оные казаки намъ выданы были по силѣ 2-го артикула, именно гласящаго: которые изъ подданныхъ обѣихъ имперій учиня какое либо тяжкое преступленіе, преслушаніе или измѣну, захотятъ укрыться или прибѣгнуть къ одной изъ двухъ сторонъ, таковые ни подъ какимъ претекстомъ не должны быть приняты, ниже охранены, но безпосредственно должны быть возвращены или по крайней мѣрѣ выгнаны изъ области той державы, въ коей они укрылись etc. Или же на послѣдній конецъ удалены изъ Очакова и ближнихъ къ оному мѣстъ, дабы отъ заведенія ими тамъ вновь разбойническаго своего гнѣзда не имѣть обѣимъ имперіямъ напрасныхъ безпокойствъ и частыхъ непріятностей. Сіе требованіе наше толь основательно и толь справедливо, что мы не можемъ ни мало сомнѣваться о исполненіи онаго отъ Порты въ то время, когда возобновленная нынѣ полюбовная негоціяція къ окончанію своему приводима будетъ, ибо тутъ въ высшей степени интересованы, какъ добрая ея вѣра, такъ и собственная тишина оттоманскихъ подданныхъ и границъ.
5) Въ добавокъ къ тому, что въ примѣчаніяхъ на турецкіе запросы сказано въ разсужденіи княжествъ Молдавскаго и Волошскаго, остается здѣсь немного говорить. Подлинно артикулъ шестой на десять мирнаго трактата можетъ Порту въ подробностяхъ своихъ озабочивать; но мы, напротивъ того, отнюдь не намѣрены распространять ей оныя въ тягость, почему для положенія точной и незатруднительной черты, довольствуемся мы требовать: 1) чтобъ только собственные нынѣшняго султана хатишерифы, данные Молдавіи и Валахіи при ихъ возвращеніи подъ его власть, свято наблюдаемы и хранимы были; 2) чтобъ возвращеніе отнятыхъ земель и монастырей и частныхъ людей извѣстный срокъ опредѣленъ былъ съ 1735 года, или же съ Бѣлградскаго мира. А дабы Порту по сему артикулу и вяще успокоить на будущія времена, можете вы при трактованіи дать ей еще и такое формальное обнадеживаніе, что выговоренное трактатомъ заступленіе министровъ нашихъ не будетъ никогда [13] инако происходить, какъ вообще относительно до сохраненія святости постановленныхъ тамъ условій.
6) Мы охотно освобождаемъ Порту отъ исполненія ея обязательства въ томъ, чтобъ морейскимъ жителямъ всѣ у нихъ конфискованныя имѣнія въ натурѣ возвращены были, когда такое возвращеніе не можетъ уже быть вмѣстительно по обычаю или преданіямъ магометанскаго закона, если только оные имъ другими землями или иными выгодами потерѣ ихъ сразмѣрными удовлетворены будутъ. Какъ посолъ французскій отзывался къ вамъ о семъ способѣ, то и не оставьте интересовать его всячески въ томъ, чтобъ оный скорѣе на дѣлѣ употребленъ былъ. Чѣмъ скорѣе Порта Оттоманская исправитъ неустойки свои въ малыхъ артикулахъ, тѣмъ надежнѣе будетъ совершаться негоціяція и сдѣлка въ самыхъ важныхъ; ибо тогда не будетъ уже сумнѣнія о ея доброй вѣрѣ и истинномъ миролюбіи, кои по сю пору весьма компрометированы были.
7) Артикулъ четвертый на десять о построеніи публичной греко-россійской церкви въ улицѣ Беи-Оглу, кромѣ имѣющейся въ домѣ министра нашего, столь ясенъ, что никакое истолкованіе не нужно. Въ той же части города есть другія церкви греческія, кои отъ наглости черни благочиніемъ со стороны правительства охраняются; подобная защита должна быть подаваема и сей новой церкви, когда оная воздвигнута будетъ, тѣмъ съ большимъ уваженіемъ, что цѣлость и безопасность ея основаны на силѣ мирнаго трактата, въ которомъ оставлена она на попеченіе и заступленіе министра россійскаго при Портѣ пребывающаго. Сумнѣніе, на которомъ Порта основываетъ свой запросъ въ семъ пунктѣ, не можетъ но справедливости принято быть дѣльнымъ, ибо греко-россійская публичная церковь будетъ въ Константинополѣ не первою, когда тамъ извѣстнымъ образомъ другимъ дворамъ позволено имѣть свои особливыя. Всякое предпочтеніе одной державы предъ другою есть само по себѣ обидно, а кольми паче долженствуетъ оно быть оскорбительно, когда такое предпочтеніе противно еще ясной силѣ торжественнаго [14] обязательства. Мы весьма удалены требовать для себя излишняго, но съ другой стороны должно и Портѣ быть въ разсужденіи насъ правосудною и не оспаривать тѣхъ выгодъ, кои намъ мирнымъ трактатомъ дозволены, хотя бы оныя ей въ существѣ своемъ нѣсколько и отяготительны были, ибо заплаченная нами за нихъ цѣна превосходитъ тутъ всякое сравненіе, въ чемъ сами турки не могутъ не признаваться. Мы поручаемъ вамъ потому всячески требовать и домогаться, чтобъ сей артикулъ оставленъ былъ въ молчаніи, внушая пристойнымъ образомъ, что не кстати поднимать споръ и заводить трудности изъ вещи несуществующей. Нѣтъ, конечно, теперь намѣренія нашего начинать строеніе церкви, понимая весьма, что время къ тому неудобно; но честь и деликатность требуютъ сохранить пріобрѣтенное право, которое можетъ и долго остаться безъ дѣйствительнаго пользованія, потому что наличныя въ Константинополѣ церкви замѣняютъ самую нужду онаго. Мы не зазирали и не зазираемъ Портѣ въ ея ревности о сохраненіи преимуществъ магометанской вѣры въ разсужденіи татаръ, а взаимно сему не пристало и ей препятствовать усердію нашему къ закону христіанскому. Разница тутъ настоитъ очевидно въ пользу Россіи. Усердіе наше ограничивается въ томъ, чтобъ сохранить только простое право построенія публичной церкви; а ревность Порты въ сохраненіи преимуществъ своей вѣры подчиняетъ себѣ по духовенству самую персону крымскихъ хановъ при каждомъ новомъ выборѣ. Въ доказательство нашего истиннаго миролюбія и совершенной безпристрастности къ магометанскому закону, никогда не препятствовали мы добровольному соглашенію Порты съ крымскимъ правительствомъ относительно установленія между ими духовной связи, какъ и нынѣ съ охотою подтверждаемъ ультиматное наше предложеніе воспособствовать оному нашимъ посредствомъ, дабы единожды навсегда прочный обрядъ узаконить и утвердить.
Мы имѣемъ причину надѣяться, что справедливость сихъ резоновъ убѣдитъ Порту въ ея неправомъ требованіи и что она согласится оставить въ молчаніи статью о построеніи публичной [15] церкви; но еслибъ, противно всякому разсудительному ожиданію, на ней одной стало въ конецъ разрушаться дѣло полюбовной сдѣлки, въ такомъ крайнемъ случаѣ, а отнюдь не прежде, позволяемъ мы вамъ снизойтить на предложеніе Порты построить греко-россійскую церковь внутри двора министра нашего.
8) Предложеніе Порты, чтобъ ни одной имперіи не держать въ Крыму своихъ министровъ, консулей или агентовъ, прямо противно истинному разуму трактата и взаимному ихъ торжественному признанію гражданской и политической свободы и независимости татаръ, будучи они собственно отъ насъ и отъ его величества султана поставлены и утверждены въ классѣ вольной и никому кромѣ единаго Бога неподсудной области, долженствуютъ натурально имѣть во всякое время полную и безпредѣльную свободу заводить знакомство и переписку какъ съ нашими обоими дворами, такъ и съ прочими государствами, поколику то быть можетъ безъ предосужденія мирному нашему трактату. Сверхъ того, самая благопристойность требуетъ не унижать предъ свѣтомъ татаръ въ новомъ ихъ бытіи, а напротивъ того пріучать ихъ къ благоустройству и поведенію, вольной націи свойственному, въ чемъ присутствіе министровъ вящую удобность преподавать можетъ, по крайней мѣрѣ для установленія полезной торговли во всѣ стороны.
Сверхъ учиненныхъ отъ Порты 8-ми требованій, кои здѣсь къ руководству вашему достаточно раздроблены и изслѣдованы, предполагаемъ мы, что можѣтъ еще настать вопросъ о должныхъ намъ ею деньгахъ. Весьма бы хорошо было, еслибъ удалось вамъ выговорить и получить вмѣстѣ съ подписаніемъ полюбовной сдѣлки всю на Портѣ оставшуюся доимку, или же по крайней мѣрѣ знатную часть ея, о чемъ вы судя по возможности и по дѣйствительному въ негоціяціи обороту не оставите, конечно, изъ собственнаго патріотическаго подвига употребить кстати и ко времени удобовозможное стараніе и домогательство; но какъ по настоящему истощенію турецкой казны скорѣе напротивъ ожидать надлежитъ, что Порта будетъ просить о упущеніи ея [16] совсѣмъ, или же на послѣдній конецъ объ отсрочкѣ въ платежѣ, то по истинному нашему желанію облегчать ея заботы и всячески поспѣшествовать дружелюбной развязкѣ, позволяемъ мы вамъ, при отверженіи совершенной уступки, еслибъ подлинно объ оной говорить стали, согласиться на отсрочку платежа до начала будущаго 1780 года, распоряжая его съ того времени въ два или въ три срока, какъ о томъ лучше договориться способъ и возможность будетъ.
Запасясь всѣми сими наставленіями, принимайтесь вы съ Богомъ за дѣло и во первыхъ при врученіи послу французскому выше приложеннаго письма, сообщите ему отъ себя отвѣты и примѣчанія наши на турецкіе запросы съ упоминаемымъ въ нихъ проэктомъ торжественной къ татарамъ деклараціи, а потомъ просите его, чтобъ онъ по содержанію тѣхъ бумагъ отобралъ со стороны Порты послѣднее слово, объявляя ему напередъ въ откровенности и подъ честнымъ словомъ, въ которыхъ именно пунктахъ уполномочены вы еще отъ насъ снизойтить на нѣкоторыя малыя снисхожденія (кромѣ однакожь касающагося до построенія публичной церкви), дабы онъ къ собственному своему учрежденію точно знать могъ, гдѣ и на чемъ остановиться.
Что принадлежитъ до выступленія войскъ нашихъ изъ Крыма и дѣйствительнаго отъ Порты признанія Шагинъ-Гирея ханомъ, въ томъ подтверждаемъ мы вамъ вновь полное содержаніе нашего ультимата по назначеннымъ въ немъ градаціямъ, дабы всячески одно дѣйствіе съ другимъ неразлучно связано было и дабы прежде испражненія онаго полуострова отъ оружія нашего подробно соглашены и узаконены были формы какъ татарскихъ магзаровъ о султанскомъ по калифству благословеніи, такъ и самыхъ благословительныхъ грамотъ, каковыя свойственны быть могутъ области вольной и независимой, а притомъ и единовѣрной съ турками.
А въ дополненіе сему коренному правилу всѣхъ поступковъ вашихъ, слѣдовательно же и самой рѣшительной сдѣлки, почитаемъ мы не за излишно отослать васъ въ разсужденіи [17] нѣкоторыхъ другихъ небезважныхъ подробностей и обрядовъ на письмо къ вамъ нашего дѣйствит. тайн. сов. графа Панина отъ 11-го ноября прошлаго 1777 г. съ тѣмъ, чтобъ вы и по оному старались во время негоціяціи одержать возможное.
Отправляя сей рескриптъ и всю настоящую экспедицію на руки нашего генералъ-фельдмаршала графа Румянцова-Задунайскаго, не оставили мы ему предписать, чтобъ онъ по получаемымъ отъ васъ извѣстіямъ о успѣхѣ негоціяціи, распоряжая военныя мѣры на Крымскомъ полуостровѣ и на Кубани, дѣйствительно приказалъ войскамъ оттуда выбраться тогда, какъ Порта положенныя въ нашемъ ультиматѣ предварительныя условія исполнитъ въ полной мѣрѣ и когда опять о всѣхъ прочихъ донынѣ ею невыполненныхъ статьяхъ вѣчнаго мира дѣйствительно постановитъ, заключитъ и подпишетъ съ вами новую изъяснительную конвенцію, или же по крайней мѣрѣ соглашаясь въ самыхъ постановленіяхъ оной, обяжется на то другою формальною же въ руки французскаго посла отдаваемою деклараціею.
На присылку къ Портѣ отъ хана и правительства новыхъ депутатовъ и новыхъ съ ними магзаровъ на имя султана, а особливо на предварительное между Портою и ханомъ соглашеніе въ оныхъ формы, слога и терминовъ потребно будетъ нѣкоторое время; а какъ вопреки сему интересы наши требуютъ сократить по возможности интервалъ онаго между дѣйствительнымъ выступленіемъ войскъ нашихъ изъ предѣловъ Крымской области и между дѣйствительнымъ отъ султана отправленіемъ благословительныхъ его грамотъ къ Шагинъ-Гирей-хану, то и поручаемъ мы вамъ испытать напередъ у Порты хотя способомъ посла французскаго: 1) возстановитъ-ли она у себя въ активитетъ прежнихъ татарскихъ депутатовъ для принятія отъ нихъ новыхъ магзаровъ, или же будетъ требовать присылки новыхъ; 2) удовольствуется-ли она тѣми новыми магзарами, кои у васъ въ рукахъ есть или почитаетъ ихъ по зрѣломъ разсмотрѣніи недостаточными и въ чемъ именно, какой перемѣны требуетъ, дабы заранѣе можно было описаться съ ханомъ и доставить другіе, [18] слѣдовательно же и миновать непріятности отказа, каковымъ самые первые магзары и привезшіе ихъ депутаты встрѣчены были; 3) не согласится-ли она, буде бы хранящіяся у васъ бумаги вовсе уже не могли приняты быть, проектовать съ вами и посломъ французскимъ новую форму магзаровъ и оную, чрезъ посредство ваше, отправить въ Крымъ для узнанія тамошнихъ мыслей; а вы притомъ наблюдать не оставите, чтобъ тутъ не было включено ничего предосудительнаго гражданской власти и свѣтскому сану хана татарскаго, равно какъ и совершенной вольности и независимости всѣхъ тамошнихъ народовъ, увѣряя впрочемъ напередъ, что Шагинъ-Гирей, постигающій и проникающій собою довольно то, къ чему его законъ въ существѣ преданій своихъ обязывать можетъ, не отречется конечно подписать все резонабельное.
Такое благовременное извѣданіе истинныхъ мыслей турецкаго министерства, нужно весьма для того, чтобъ намъ прежде соглашенія въ татарскомъ дѣлѣ всѣхъ подробностей, слѣдовательно же безъ оставленія новымъ распрямъ и новымъ хлопотамъ отверзтой двери, можно было съ безпечностью уже приступить къ изведенію изъ Крыма и прочихъ татарскихъ мѣстъ войска нашего, что и возлагаемъ мы на ваше патріотическое предостереженіе и на предусмотрѣніе генералъ-фельдмаршала графа Румянцова-Задунайскаго, коему вы, донося о успѣхѣ негоціаціи вашей вообще, имѣете притомъ частно и подробно извѣщать о изъятіи изъ среды всѣхъ претыканій по татарскому дѣлу, ибо ему инако невозможно будетъ съ точностью рѣшиться во времени возвратнаго похода.
Впрочемъ на такой случай, если возобновленная нынѣ негоціація пойдетъ благоуспѣшно и вы дойдете съ Портою до края полюбовной сдѣлки, разсудили мы, для облегченія вашего, приложить здѣсь проектъ новой съ нею заключаемой конвенціи въ объясненіе мирнаго трактата, не обязывая однакожь васъ держаться онаго словесно, еслибъ иногда съ турецкой стороны другія израженія и другой порядокъ неотмѣнно востребовались. Въ самомъ существѣ нужно только, чтобъ въ новыхъ договорахъ [19] наблюдены были повсемѣстно точность и ясность и чтобъ опять оные въ надлежащую пору свято исполнены были къ постановленію дружбы и добраго согласія обѣихъ Имперій выше всякаго преткновенія.
Мы увѣряемъ чрезъ сіе, что благополучное совершеніе негоціаціи примемъ отъ васъ за важную услугу, и что по мѣрѣ ея возрастетъ императорская наша къ вамъ милость.