[33]
№ 7. Рескриптъ императрицы Екатерины II — А. Стахіеву.
Въ другомъ сего отправленія рескриптѣ объяснили мы вамъ мысли и заключенія наши о полюбовной развязкѣ всѣхъ хлопотъ съ Портою Оттоманскою такимъ образомъ, какъ вы въ разсужденіи оной послу французскому кавалеру де-Сентъ Пріесту открыться можете и имѣете для дальнѣйшаго употребленія себѣ въ пользу его услугъ и пособія, ибо перемѣнившіяся между тѣмъ политическія обстоятельства, а съ ними и перемѣнившееся ко двору нашему поведеніе Франціи преобразуютъ нынѣ содѣйствіе ея по дѣламъ нашимъ съ турками изъ невыгоднаго въ выгодное. А симъ новымъ рескриптомъ восхотѣли мы еще, но прямо къ собственному уже вашему руководству, открыть вамъ и ближайшую черту, до которой мы снизойтить можемъ въ податливости нашей къ требованіямъ Порты, дабы во всякомъ случаѣ могли вы сами собою рѣшиться на окончаніе дѣла, слѣдовательно же и недопустить негоціаціи до разрыва.
Подлинно, когда Порта согласится на признаніе Шагинъ-Гирея ханомъ и на образованіе вольности народовъ татарскихъ торжественною деклараціею, по степенямъ ультимата нашего и по изъясненіямъ другаго нашего вышеупомянутаго рескрипта, и когда опять мы съ своей стороны не отказываемъ ей въ положеніи извѣстной мѣры на торговыя наши суда, къ Константинопольскому порту плавать имѣющія, прочія части требованій ея [34] не стоятъ сами по себѣ той цѣны, чтобъ на нихъ остановлять полюбовную развязку. Настоящее положеніе наше съ Портою Оттоманскою есть въ существѣ своемъ родъ безгласной войны, которая столько же почти тягостна и убыточна, сколько бы была самая дѣйствительная, почему здравая политика и требуетъ прекратить оное какъ наискорѣе. Мы считаемъ, да и вся Европа будетъ конечно признавать, что для сего довольно было принудитъ Порту Оттоманскую на признаніе возведеннаго нами хана, который ей потому отнюдь не можетъ быть ни пріятенъ, ни полезенъ[1].
На семъ основаніи позволяемъ мы вамъ относительно до построенія въ Константинополѣ публичной церкви и переобразованія артикула о княжествахъ Молдавскомъ и Волошскомъ поступить въ случаѣ крайней необходимости, то есть тогда, ежели бъ на сихъ двухъ статьяхъ стала безконечно затрудняться, или же и совсѣмъ разрываться негоціація ваша, на слѣдующія модификаціи: 1) чтобъ право построенія публичной церкви превратить въ право содержанія церкви внутренней въ домѣ министра нашего, какъ то было до войны; 2) чтобъ въ новой конвенціи выговорить коротко обѣимъ княжествамъ: a) свободное отправленіе христіанской вѣры и покровительство оной отъ правительства съ дозволеніемъ строить и починивать церкви; b) возвращеніе монастырямъ и частнымъ людямъ отнятыхъ земель, раями называемыхъ, а особливо сохраненіе во владѣніи тѣхъ, коимъ оныя вовремя прошлой войны отъ нашего правленія возвращены были; c) подтвержденіе и непремѣнное впредь наблюденіе собственныхъ нынѣшняго султана хатишерифовъ.
Мы поручаемъ вашей ревности и бдѣнію стараться по возможности объ отвращеніи самаго случая къ употребленію сихъ модификацій; но когда оный неминуемо уже настанетъ, такъ по [35] крайней мѣрѣ старайтесь поставить ихъ въ цѣну и именовать въ самой конвенціи добровольными отъ насъ снисхожденіями къ Портѣ Оттоманской, изъ дружбы и уваженія къ ея просьбѣ и ея заботамъ, предъявляя ихъ и дѣйствительно таковыми, а отнюдь не вынужденною уступкою. Для сего можетъ быть прилично взять вамъ въ свое время на себя дозволеніе упомянутыхъ модификацій, какъ бы сверхъ указа нашего, въ надеждѣ на извѣстное наше миролюбіе и многократно чрезъ васъ самихъ Портѣ свидѣтельствованныя склонности наши къ установленію между обѣими Имперіями искренней и прочной дружбы. Не съ тѣмъ однакожь открываемъ мы сію мысль, чтобъ вы и не могли уже по востребованію нужды инако поступить; но для того, чтобъ снабдить васъ скорѣе излишними, нежели недостаточными наставленіями на всякія въ негоціаціи извороты, а въ семъ самомъ намѣреніи и повторяемъ здѣсь еще, что пособіе и содѣйствіе посла французскаго между вами и министерствомъ Оттоманскимъ намъ отнюдь не противны и что потому вы оными, по усмотрѣнію вашему кстати и ко времени несумнѣнно пользоваться можете, а особливо что принадлежитъ до предварительнаго соглашенія въ разныхъ подробностяхъ, ибо весьма ожидать можно, что турки съ нимъ откровеннѣе, нежели съ вами безпосредствеино изъясняться станутъ; а сіе одно и есть уже не малой важности для ускоренія толь нужнаго конца.
Мы пребываемъ вамъ въ прочемъ императорскою нашею милостью благосклонны.
Примѣчанія
- ↑ Набраное курсивомъ подчеркнуто въ подлинникѣ краснымъ карандашемъ и противъ этихъ строкъ написано: «Мы считаемъ, да и вся Европа будетъ признавать, что для насъ довольно принудить Порту исполнить прочіе въ существѣ своемъ намъ полезные артикулы мира».