[904]
№ 347. Письмо А. Стахіева — графу Н. И. Панину.
Послѣ отправленія моего нижайшаго письма отъ 22-го числа прошлаго ноября, переводчикъ Пизаній, разговаривая въ откровенности съ драгоманомъ Порты, случайно далъ ему выразумѣть, какъ новый оборотъ негоціаціи чрезъ третьи руки мало способенъ къ удостовѣренію всевысочайшаго двора объ искренности здѣшняго и что гораздо пристойнѣе бы было здѣшнему министерству безпосредственно, а не чрезъ французскаго посла мнѣ открыть свои требованія, трактатъ опровергающія. Драгоманъ изъяснился, что и онъ мало надежды видитъ къ полученію удовольственнаго отъ всевысочайшаго двора отвѣта на здѣшнія предложенія и что не преминетъ потому предъ здѣшнимъ министерствомъ свои вызовы распоряжать, если оное будетъ спрашивать его мнѣнія. Изъявленіе же такого примѣчанія министерству теперь послужило бы не только къ преподанію малой надежды на установленіе мира, но и подало бы поводъ къ усугубленію военныхъ пріуготовленій, примолвя, что Порта и безъ того уже отчаявается получить желаемый отвѣтъ и будучи рѣшительно намѣрена не отступать отъ всего того, что въ послѣднемъ мѣстѣ посредствомъ вышереченнаго посла предложила, запасается всѣмъ нужнымъ какъ для морскихъ, такъ и для сухопутныхъ своихъ движеній, дабы въ случаѣ въ томъ отказа быть въ готовности рѣшить дѣла новою войною, увѣряя, что таково есть существительное намѣреніе и расположеніе здѣшняго правительства и что онъ по своей дружбѣ и усердію того отъ меня закрыть не хочетъ, дабы вѣдая о томъ я могъ соображать то съ намѣреніями моего всевысочайшаго двора и свои поступки по тому распоряжать.
А бейликчи, увидясь съ Пизаніемъ, съ своей стороны выговаривалъ для чего я не хочу способствовать окончанію [905] замѣшательствъ между обоими высокими дворами, вызываясь притомъ, что предъявляемая отъ меня невозможность вступать въ конференціи въ присутствіи французскаго посла и что не имѣю безпосредственнаго извѣстія отъ всевысочайшаго двора относительно его содѣйствованія, когда Порта точно знаетъ, что я просилъ онаго посла Портѣ говорить, — есть такое дѣло, которое доказываетъ, что я не имѣю склонности къ успокоенію замѣшательствъ и къ уговоренію всевысочайшаго двора на удовлетвореніе турецкихъ, когда требуемое со стороны всевысочайшаго двора признаніе Шагинъ-Гирея ханомъ есть такое дѣло, котораго Порта не можетъ сдѣлать безъ всякаго себѣ напротивъ того замѣна.
Пизаній на то истолковалъ ему по какому поводу и какимъ образомъ я просилъ посольскаго содѣйствованія, а именно о способствованіи только къ удовлетворенію послѣдняго требованія о пропускѣ суденъ съ возвращеніемъ крымскихъ посланцовъ и что на то поступилъ по поданному отъ онаго посла поводу, а не по какому отъ всевысочайшаго двора повелѣнію, слѣдовательно и не могу держать конференціи въ его присутствіи, тѣмъ паче, что Порта дѣлаетъ чрезъ него такія новыя требованія, которыя не только трактатъ совсѣмъ опровергаютъ, но о нѣкоторыхъ изъ оныхъ и не бывало прежде вопроса, слѣдовательно и не имѣю относительно того никакихъ наставленій; итакъ гораздо лучше обождать отвѣта; что впрочемъ я всегда готовъ съ министерствомъ Порты наединѣ конферировать и что оно не весьма хорошо дѣлаетъ, что до сей поры не пропускаетъ четвертаго судна. Бейликчи на то вызывался, что министерство не отрекается со мною говорить, если я имѣю что либо оному предложить. Оное съ своей стороны, изъясня чрезъ посла всѣ свои требованія, ожидаетъ отвѣта, отъ котораго все зависитъ, потому что Порта сдѣлала все то, что въ ея возможности и не подвергается болѣе никакому отвѣту предъ Богомъ, отъ котораго все зависитъ. Что же касается до четвертаго судна, то и оное пропущено будетъ и что чинимыя отъ Порты требованія не [906] новыя суть; но объ оныхъ много разъ уже въ прежнихъ конференціяхъ говорено, да до сей поры безъ всякаго уваженія оставляется. На что Пизаній сказалъ ему, что то самое доказываетъ, что всевысочайшій дворъ не находитъ оныя справедливыми, кромѣ того, что по большей части объ оныхъ въ бывшихъ со мною конференціяхъ ни слова не упоминалось. Напротивъ того, надежный мой каналъ третьяго дня съ своей стороны преподалъ мнѣ слѣдующее изъясненіе, на которомъ онъ утверждаетъ возстановленіе будущаго покоя и пресѣченія всѣхъ замѣшательствъ, а именно: первое, что капитанъ-паша не будетъ будущаго лѣта отправленъ съ флотомъ на Черное море, какъ того ему хотѣлось, потому что все министерство теперь такому отправленію противно и недовольно онымъ неспокойнымъ адмираломъ, вѣдая, что онъ съ своими единомысленниками порочитъ всѣ министерскія обращенія, почему и желало бы его совсѣмъ избавиться, да не можетъ, потому что султанъ почитаетъ его одного способнымъ къ воздержанію народа отъ возмущенія и къ содержанію въ здѣшней столицѣ добраго порядка въ войскѣ. Второе, что муфти не престаетъ стараться полюбовно вершить дѣла съ всевысочайшимъ дворомъ, хотя бы то было съ совершеннымъ отчуженіемъ Крыма и съ признаніемъ Шагинъ-Гирея ханомъ и что въ томъ большая часть улемовъ одного съ нимъ мнѣнія. По предъявленію его конфидента Муладжикъ-Заде, что оный муфти успѣлъ наконецъ и рейсъ-эфендіево упрямство о неспокойные замыслы обуздать, а между улемами противны его мнѣнію только прежній муфти Молла-бей и накибулешрефъ съ своими партизанами. И наконецъ третіе, что визирь и кегая-бей постоянно въ мирныхъ сентиментахъ пребываютъ, хотя и продолжаютъ повседневно отправлять обыкновенные указы касательно военныхъ пріуготовленій и что по сейчасъ не принято еще у Порты никакой рѣшительной резолюціи въ ожиданіи отъ всевысочайшаго двора отвѣта на послѣднія здѣшнія требованія. Публика же питается разными прекословными слухами, разсѣваемыми отъ обѣихъ партій по видамъ и по желаніямъ каждой, какъ напримѣръ: [907] съ неспокойной стороны ей внушаютъ разные недоброжелательные Шагинъ-Гиреевы замыслы и покушенія на присвоеніе себѣ Бессарабіи съ помощію всевысочайшаго двора, а съ миролюбивой напротивъ того онаго хана совершенная Портѣ покорность, такъ какъ и разныя уступки со стороны всевысочайшаго двора старательствомъ французскаго и вѣнскаго дворовъ и что для распоряженія всего того Абдулъ-Резакъ назначенъ посломъ ко всевысочайшему двору, а бывшій въ послѣднемъ мѣстѣ посланникомъ въ Польшѣ Нуманъ-бей въ Крымъ; топчи-же баша Ахметъ-бей въ Очаковъ для расположенія границъ. Сіе тройное назначеніе здѣсь въ Перѣ съ утвержденіемъ разглашается. Я навѣдывался какъ о томъ, такъ и о воспослѣдовавшемъ на сихъ дняхъ дѣйствительномъ отправленіи отъ Порты извѣстнаго Васифъ-эфендія, по предъявленію въ публикѣ въ Россію, у драгомана Порты, который сказалъ, что первое къ Портѣ принесено изъ Перы къ немалому ея удивленію, наипаче что она о томъ никогда не помышляла, а Васифъ-эфенди посланъ въ Морею для счета тамошнихъ казенныхъ сборщиковъ. Что же при всемъ томъ въ сералѣ помышляется, того по несчастію проникнуть еще не могутъ; а драгоманъ Порты третьяго дня случайно предъ Пизаніемъ выговорился, что визирь имѣетъ султанскій хатишерифъ, которымъ все производство негоціяціи со всевысочайшимъ дворомъ препоручено одному Абдулъ-Резаку съ именнымъ исключеніемъ рейсъ-эфендіева въ томъ соучаствованія и что потому докладъ его султанову величеству о моемъ въ другомъ при семъ слѣдующемъ нижайшемъ письмѣ означенномъ представленіи, позволить «Св. Николаю» идти къ Принцевымъ островамъ для дополненія тамъ своего груза, онымъ Абдулъ-Резакомъ написанъ и въ сераль посланъ безъ рейсъ-эфендіева свѣдѣнія. Сія откровенность объясняетъ, что визирская мнѣ и вѣнскому повѣренному въ дѣлахъ Тасарѣ рекомендація, по имѣющимся нуждамъ адресоваться къ оному рейсъ-эфендію, притворно для его успокоенія учинена. Помянутый же Тасара вчера мнѣ открылъ, что на сихъ дняхъ капитанъ-паша, [908] призвавъ къ себѣ его переводчика, требовалъ его ходатайства у своего двора на позволеніе извѣстному купцу Гибшу изъ вѣнскихъ областей доставить Портѣ до нѣсколько тысячъ кантарей пороху; отъ чего онъ, Тасара, уклонился предъявленіемъ невмѣстности того, наипаче въ настоящихъ замѣшательныхъ обстоятельствахъ своего двора, да и Гибшу, который, подъ покровительствомъ его двора здѣсь торгуетъ, запретилъ въ подобные тому подряды мѣшаться. Напротивъ чего шведскій посланникъ Целсингъ ожидаетъ еще кораблей изъ своего отечества, съ пушками, откладывая свой отсюда выѣздъ до будущей весны, подъ предлогомъ опасности теперь ѣхать сухимъ путемъ по причинѣ морозовъ, а моремъ чтобъ не попасться въ каперскія руки воюющихъ державъ на Средиземномъ морѣ. А французскіе здѣсь находящіеся купцы уже явно вызываются, что въ награжденіе за медіяцію своего двора между всевысочайшимъ и здѣшнимъ дворами ожидаютъ себѣ вольнаго кораблеплаванія по Черному морю.
Упоминаемое въ другомъ письмѣ отправленіе къ волошскому господарю отъ Порты конфирмаціи на его господарское достоинство, учинено по собственному онаго господаря прошенію, на которое онъ поступилъ по принужденію и для спасенія своей головы.
Въ десять часовъ съ четвертью предъ полуднемъ посланникъ изъ своего дома поднявшись шелъ до пристани, называемой Мелтъ-Скелесы, въ слѣдующемъ порядкѣ:
1) 6 человѣкъ его домашнихъ янычаръ въ своемъ строевомъ уборѣ и по два въ рядъ отворяли маршъ, а за ними
2) 16 чегодарей по два же въ рядъ, въ парадной посланничьей ливреѣ.
3) Актуаріусъ государственной коллегіи иностранныхъ дѣлъ, Иванъ Яковлевъ, въ шталмейстерской должности.
4) Швейцаръ и за нимъ 12 лакеевъ по два въ рядъ и въ парадной ливреѣ. [909]
5) 4 камердинера по два въ рядъ и за ними дворецкій въ парадномъ же платьѣ.
6) 2 унтеръ-офицера, вахмистръ Астебеньевъ и писарь Защитинъ.
7) 2 баратера, армянинъ Аванесъ и жидъ Измаилъ.
8) Студенты Иполитъ Болкуновъ, Андрей Шмитъ, Антонъ Мариній, Іосифъ Дандрій, да актуаріусы Александръ Пиній и Иванъ Форсманъ, по два въ рядъ.
9) Переводчики Сергѣй Лошкаревъ и Антонъ Палладоклисъ въ нѣмецкомъ платьѣ, а Іосифъ Крута и Вильгельмъ Дандри въ драгоманскомъ такъ какъ и ассессоръ Мельниковъ позади ихъ.
10) Посланникъ, а за нимъ титулярный совѣтникъ Иванъ Сѣверинъ съ посланничьимъ сыномъ и съ прапорщикомъ Ламперомъ Николаевымъ, послѣдуемы 14-ю купцами, представляющими россійскую націю, и наконецъ
11) 4 чегодаря несли посланничій портшезъ.
На пристани посланникъ сѣлъ въ свою 14-ти весельную шлюбку съ рулемъ и двоеглавнымъ орломъ на носу, имѣя при себѣ совѣтника Сѣверина, сына своего и двухъ переводчиковъ, а свита переѣзжала въ 27-ми наемныхъ лодкахъ.
Переправясь же къ визирской пристани посланникъ съ сыномъ сѣли верхомъ на собственныхъ лошадей и какъ свита стала въ свой порядокъ, продолжалось шествованіе по городу къ Портѣ нижеслѣдующимъ образомъ:
1) Присланный отъ Порты калаусъ-чаушъ верхомъ.
2) Вышереченные посланничьи янычары.
3) 12 чегодарей.
4) Актуаріусъ Яковлевъ пѣшкомъ, а за нимъ заводныя посланничьи лошади, три въ турецкихъ и три въ европейскихъ уборахъ, ведены шестью чегодарями.
5) Швейцаръ съ лакеями.
6) Камердинеры съ дворецкимъ.
7) 2 унтеръ-офицера.
8) 2 баратера.
9) Студенты и актуаріусы.
10) Переводчики.
11) Посланникъ и возлѣ его съ уступкою по лѣвой рукѣ сынъ его ѣхали верхами, имѣя при себѣ первый двухъ, а послѣдній одного чегодаря, а затѣмъ совѣтникъ Сѣверинъ съ прапорщикомъ Николаевымъ и купечествомъ шли пѣшкомъ.
При Портѣ посланникъ всталъ съ лошади у большаго крыльца, л драгоманъ Порты встрѣтилъ его въ сѣнныхъ дверяхъ, оговорясь однакоже, что по этикету должно бы ему то учинить посреди сѣней.
Во внутреннихъ сѣняхъ на низу у лѣстницы встрѣтили посланника чаушларъ-эмини и чаушларъ-кіятиби, а на верху лѣстницы церемоніймейстеръ, который проводя въ камеру, гдѣ обыкновенно послы и всѣ другіе иностранные министры въ подобныхъ случаяхъ отдыхаютъ, пошелъ къ кегаю-бею для препровожденія его къ визирю, а потомъ [910] минутъ черезъ десять чаушларъ-кіятиби пригласилъ посланника въ аудіенцъ-залу, куда онъ провожаемъ былъ онымъ кіятибомъ и чаушларъ-эминіемъ съ драгоманомъ Порты. А вошедъ туда, провожатые просили его сѣсть на обыкновенный для него приготовленный табуретъ, но онъ дабы не быть принуждену для визиря вставать, отъ того уклонился до прибытія онаго, которое чрезъ пять минутъ воспослѣдовало. А тогда посланникъ, сѣвъ на свое мѣсто въ ту же пору какъ визирь садился, выговорилъ ему свое привѣтствіе нижеслѣдующимъ образомъ:
L’applaudissement général au choix que S. M. le Grand Seigneur, votre maître, a fait de la personne de Votre Altesse pour la direction des affaires de son empire, joint aux dispositions pacifiques, dont votre altesse a accompagné la notification de cet événement, fait revivre mes espérances que la paix et la bonne harmonie entre les deux hauts empires seront affermies conformement au traité de Caynardgie à la satisfaction réciproque de leurs Augustes Souverains, et pour le bonheur mutuel de leurs sujets respectifs.
Fixant toute mon application à écarter tout ce qui pourroit être contraire à un but aussi salutaire, je me flatte que Votre Altesse ne se refusera pas de m’y seconder en m’honôrant de sa confiance et voudra bien agréer mes félicitations et les voeux sincères que je fais pour sa prospérité.
На что визирь отвѣчалъ слѣдующее:
L’intention de Sa Majesté le très-puissant er très-auguste monarque, notre gracieux souverain, étant le maintien et la consolidation de l'amitié éxistante entre la Sublime Porte et la cour Impériale de Russie, Mr. l’envoyé doit être persuadé que Son Altesse, se conformant aux ordres souverains, y employera conséquemment ses soins sincères et affectueux.
По правую сторону визиря стояли на софѣ кегая-бей съ янычарскимъ и бостанджинскимъ офицерами, а на лѣвой рейсъ-эфенди, чаушъ-баши, визирскій мектубчи и оба тескереджи.
При подчиваніи посланника сластьми, кофеемъ и шербетомъ, визирь вызывался къ нему сперва, какъ въ лицѣ его примѣчаетъ нѣчто такое, что̀ обѣщаетъ ему, что посланникъ не оставитъ соединить съ нимъ свое етараніе о полюбовномъ вершеніи дѣлъ и утвержденіи мира между обѣими высокими Имперіями къ взаимному ихъ удовольствію и покою и тѣмъ сдѣлать себя полезнымъ своему двору столько же, какъ и онъ своему.
Посланникъ отвѣчалъ, что ничего толь ревностно не желая, онъ съ своей стороны неусыпно и всевозможнымъ образомъ старается, поелику то сходственно съ данными ему отъ воевысочайшаго двора повелѣніями и наставленіями, по которымъ утвержденіе мира и добраго согласія между обѣими высокими Имперіями основывается на святости Кайнарджикскаго трактата.
Визирь потомъ вскинулъ вопросъ: перскій или буюкдерскій воздухъ посланнику здоровѣе кажется и, получа въ отвѣтъ, что буюкдерскій, вызвался, что и рейсъ-эфенди того-жь мнѣнія и далѣе примолвилъ, чтобъ посланникъ по всѣмъ своимъ дѣламъ и нуждамъ адресовался къ оному [911] рейсъ-эфендію, который пользуется полною довѣренностію Порты и имѣетъ надлежащее полномочіе къ удовлетворенію всѣхъ требованій, да и самъ онъ наилучшимъ образомъ будетъ способствовать благоуспѣшеству въ дѣлахъ.
На что посланникъ сказалъ, что постоянно съ полною откровенностью къ нему адресуется и желаетъ токмо имѣть случай чаще съ нимъ видѣться для удостовѣрительнѣйшаго объясненія и изъятія встрѣчающихся иногда неосновательныхъ полаганій и воображеній.
Между тѣмъ обыкновенное угощеніе посланника, будучи кончено, поднесено ему съ сыномъ по платку съ полотенцемъ кисейныхъ, первому съ золотою, а послѣднему съ серебряною по краямъ вышивкою, на свиту же его восемь флоровыхъ красныхъ платковъ.
Потомъ посланникъ, поднявшись, провоженъ точно такимъ же порядкомъ, какъ и встрѣченъ былъ.
На завтра того посланникъ посылалъ переводчика Пизанія къ рейсъ-эфендію съ изъявленіемъ своего признанія за оказанныя на визитѣ учтивость и ласковость, что оный министръ принялъ на доношеніе, съ пристойнымъ съ своей стороны комплиментомъ.