[617]
№ 249. Письмо Ивана Кирѣева — А. Д. Константинову.
Его свѣтлость, призвавъ къ себѣ меня сейчасъ, изволилъ приказать секретно увѣдомить васъ, милостивый государь, что человѣкъ отъ Селимъ-Гирей-хана уже прибылъ, съ которымъ онъ еще не видался, а спрашивалъ о письмахъ, но нѣтъ ни одной строки и ни къ кому. Въ чемъ побожился такъ: «Ей Богу нѣтъ никакого письма съ нимъ!» Что же на словахъ откроется — не знаетъ; но для лучшаго удостовѣренія обѣщалъ прислать самого его къ генералу или къ в...(sic), имя ваше сокращено потому, милостивый государь, что я пишу «или» не отъ себя, а происшедшее отъ словъ щекотливаго хана, съ улыбкою писать мнѣ приказывающаго. Впрочемъ малозначущій отнюдь не дерзаетъ ни на что огорчить великаго милостивца могущее. Пребываю и проч.
P. S. Подноситель сего, привезшій изъ Москвы палатки отъ его свѣтлости, отправилъ письмо отъ графа Оетермана на имя вашего высокоблагородія, обратно возвращаю по реестру. Ханъ ничего не долженъ, и хотя къ несчастію палатки отъ дороги и попорчены, но его свѣтлость очень доволенъ, за которыя благодаритъ искренно, также и о полученіи сервиза уже въ другой разъ увѣдомляетъ. Правда, что палатки хороши и очень хороши, да только та бѣда, что въ фургонахъ худо были положены, отчего на сгибахъ насквозь протерлись, даже до камки. О прежде присланной же палаткѣ хотя ни въ письмѣ, ни въ реестрѣ не означено, и хотя говорилъ я хану, что оная прислана въ [618] презентъ, но его свѣтлость за всѣмъ тѣмъ приказалъ въ письмѣ приписать, чтобы его сіятельство пожаловалъ увѣдомилъ бы о цѣнѣ настоящей, почему и подлежащія деньги заплочены будутъ въ скорости. Сіе произошло отъ того, что въ первомъ письмѣ написано отъ графа: «При семъ посылаю палатку, въ которой я самъ служилъ и которая стоитъ около 300 рублей. Итакъ, послѣ узнаемъ — презентъ-ли то значитъ или 300 р. На прогоны дано 30 р.».