[530]
Переводъ записки переводчика Пизанія о бывшихъ его съ турецкимъ министерствомъ сношеніяхъ.
Іюня 23-го дня 1778 г., исполня требованіе вашего высокородія относительно партикулярнаго съ рейсъ-эфендіемъ свиданія, онъ мнѣ отвѣчалъ, что долженъ имѣть предварительно на то отъ султана позволеніе и приказалъ чрезъ три дня къ нему быть. Вслѣдствіе чего:
26-го числа того-жь мѣсяца пошелъ я къ Портѣ и увидясь прежде съ ея драгоманомъ, которому рейсъ-эфендій поручилъ мнѣ объявить, что онъ никакого отвѣта не имѣетъ на требованное имъ отъ визиря съ вами партикулярное свиданіе. Отвѣчалъ я драгоману Порты, что вы и сегодня нарочно меня послали для вторичнаго испрошенія онаго и для извѣщенія рейсъ-эфендія, что вы желаете его видѣть единственно по дѣламъ, до васъ касающимся, надѣясь, что онъ не отречется отъ такого съ вами свиданія. Послѣ чего реченный драгоманъ, побывавъ у рейсъ-эфендія и, надобно думать, пересказавъ ему мой отвѣть, бейликчи-эфенди позвалъ меня къ себѣ и сказалъ, что рейсъ-эфенди посылалъ его къ визирю навѣдаться получилъ-ли онъ султанское повелѣніе на упоминаемое съ вами свиданіе, но не получа никакого рѣшительнаго на то отвѣта, они оба поручили ему объявить мнѣ для донесенія вамъ, что всѣ держанныя по сю пору конференціи и переговоры будучи безплодны, ни къ чему иному не служатъ, какъ къ распространенію пустыхъ слуховъ между простымъ народомъ. Итакъ не лучше-ли будетъ для избѣжанія того, если ваше высокородіе подадите письменное чрезъ меня представленіе о всемъ томъ, что намѣряетесь съ нимъ [531] переговорить, на что онъ такимъ же образомъ и отвѣтъ мнѣ доставитъ, впрочемъ же радъ бы онъ былъ почаще съ вами видѣться, если-бъ не находились въ такихъ обстоятельствахъ.
При семъ же случаѣ навѣдывался онъ у меня о причинѣ такого свиданія, я отвѣчавъ ему невѣдѣніемъ оной, сослался на повелѣнія ваши касательно перваго требованія, что вы желали совсѣмъ партикулярно съ рейсъ-эфендіемъ видѣться, а на вопросъ о причинѣ оной, что вы имѣете вручить ему меморіалъ. Сего же дня исполня и вторичное объ ономъ настояніе, надѣялся я, что рейсъ-эфенди, уважая собственныя ваши дѣла, отъ того не откажется, и еще полагаю, что необходимо ему надобно будетъ съ вами персонально видѣться. Бейликчи въ отвѣтъ на оное мнѣ сказалъ, что рейсъ-эфенди не совсѣмъ еще отказался отъ своего съ вами свиданія, а между тѣмъ поручилъ о всемъ томъ донеся вамъ, принести къ нему на утро вашъ отвѣтъ.
Іюня 27-го дня донеся самому рейсъ-эфендію вашъ отвѣтъ и истолковавъ ему необходимость персональнаго вашего съ нимъ свиданія, а въ случаѣ упорности, что принесу къ нему на завтра вышереченный меморіалъ для представленія Портѣ, изъ котораго онъ и самъ увидитъ нужду такого свиданія и не захочетъ отказать вашего по тому настоянія. Рейсъ-эфенди мнѣ отвѣчалъ, что вы уже неоднократно предъявляли невозможность далѣе поступить послѣдняго всевысочайшаго двора Портѣ поданнаго ультимата и такое свиданіе никакой пользы не принесетъ кромѣ того, что подастъ поводъ къ разнымъ разсужденіямъ, а именно: иные примутъ оное за объявленіе войны, а другіе за установленіе мира, а притомъ и уменьшитъ ревность уже въ походѣ находящихся войскъ, почему и лучше будетъ, если вы напередъ пришлете къ нему письменное обо всемъ представленіе, что само собою подастъ ему поводъ требовать султанскаго позволенія на личное съ вами свиданіе.
Іюня 28-го дня, при врученіи рейсъ-эфендію вышереченнаго меморіала, предъявилъ ему крайнее ваше сожалѣніе, что обстоятельства принудили васъ на поданіе онаго вслѣдствіе [532] полученныхъ отъ двора повелѣній и содержаніе котораго непремѣнно требуетъ вамъ обо всемъ персонально съ нимъ переговорить, будучи вы готовы къ нему придти инкогнито, хотя бы и въ ночную пору, если нужно будетъ, дабы никто о томъ не могъ провѣдать и не подать случая къ разговорамъ, отъ коихъ онъ убѣгаетъ. Рейсъ-эфенди, прочтя меморіалъ со вниманіемъ, подъ видомъ партикулярнаго разсужденія вызывался: какъ еще не произошло никакого непріятельскаго дѣйствія, такъ и не видитъ онъ причины, для коихъ вы желаете отсюда ѣхать, а притомъ и не должно ровнять оттоманскій дворъ съ французскимъ и аглинскимъ, министры коихъ, какъ то въ послѣднемъ мѣстѣ было, потребовавъ для свободнаго ихъ выѣзда пашпорты, возвратились каждый въ свое отечество. Установленія Блистательной Порты, будучи совсѣмъ другаго существа и, слѣдуя онымъ россійскій дворъ, еслибъ пожелалъ отозвать своего министра, долженъ бы былъ прислать грамоту, изъявляющую Портѣ войну, съ потребованіемъ возврата своего министра, а еслибъ Порта хотѣла съ своей стороны объявить, тогда бы она велѣла министру ретироваться. Но какъ такая грамота не воспослѣдовала, то Порта не можетъ согласиться на вашъ отсюда выѣздъ, дабы не сказали, что васъ выгнали и повторя, что онъ все то самъ собою мнѣ говоритъ, а отнюдь не въ отвѣтъ на поданный меморіалъ для донесенія вамъ, потому что онъ ничего рѣшительнаго напередъ сказать не можетъ, не зная воли своего государя, который можетъ быть и согласится на вашъ выѣздъ по требованію вашему. А въ заключеніе сказалъ, что уже съ давняго времени примѣтилъ онъ намѣреніе двора россійскаго привести дѣла до такой крайности. На мое же навѣдываніе касательно вашего съ нимъ партикулярнаго переговора онъ отвѣчалъ, что потребуетъ надлежащаго для того позволенія.
Іюля 3-го дня, требуя отвѣта у рейсъ-эфендія на вашъ Портѣ поданный 28-го числа прошлаго іюня меморіалъ, равно какъ и о персональномъ вашемъ съ нимъ свиданіи, вызвался онъ ко мнѣ двоякимъ образомъ, сказавъ напередъ, что реченный [533] меморіалъ посланъ къ султану, который указалъ предложить оный на разсмотрѣніе улемовъ. Къ чему я примолвилъ: какъ уже настоитъ вопросъ о собраніи совѣта, то не лучше-ли будетъ, спознавъ обо всемъ отъ васъ самого, представить оному все то на разсмотрѣніе. На что онъ отвѣчалъ, какъ все то, о чемъ вы съ нимъ намѣряетесь переговорить, будетъ касаться до того меморіала, то, не зная рѣшенія Порты, напрасно будетъ прежде времени объ ономъ разсуждать; если же вы намѣрены съ нимъ переговорить объ отъѣздѣ вашемъ, то надобно напередъ увидѣть, позволено-ли то будетъ или нѣтъ, а потомъ уже распоряжать, и когда Порта склонится васъ отсюда выпустить, то съ одной стороны поѣдете вы, а съ другой визирь принужденъ будетъ выступить съ магометовымъ знаменемъ и со всѣмъ своимъ штатомъ, потому что отъѣздъ министра примется уже объявленіемъ войны, которой старались избѣгать. Зависѣть будетъ оное отъ Порты, отвѣчалъ я, о томъ можетъ она съ вами изъясниться, и если искренне желаетъ войны избѣжать, то пускай исполнитъ въ ультиматѣ означенныя предложенія. Къ чему уже служитъ говорить съ вами, возразилъ онъ, потому что вы объявили, что не имѣете власти поступить далѣе ультимата, а Порта отвѣчала, что не можетъ принять онаго, почему и нельзя ожидать никакого плода отъ лпчнаго съ вами переговора. Буде же такъ, возразилъ я съ моей стороны, то для чего препятствовать и волочить ваше отсюда отправленіе. Порта, отвѣчалъ онъ, не желая войны, постарается изобрѣсти другое средство для окончанія дѣлъ, когда вы не имѣете достаточной полной мочи. А я: — что вы не можете имѣть такой полной мочи и поступать противу того, что всевысочайшій дворъ опредѣлилъ и рѣшилъ, увѣряя его притомъ, что онъ не отступится отъ всего того, что въ послѣднемъ ультиматѣ сказано, почему и не предвижу какое Порта можетъ найти средство для окончанія дѣлъ. На что онъ сказалъ, что имъ надобно о томъ помышлять.
Повторя мое требованіе, какой я долженъ донести вамъ отвѣтъ, отвѣчалъ онъ мнѣ инымъ прекословнымъ первому [534] образомъ, а именно, что долженъ вамъ сказать, что поминаемый меморіалъ посланъ къ султану и что никакой еще отвѣтъ отъ него не воспослѣдовалъ и не можетъ прежде прошествія пяти или шести дней мнѣ онаго объявить. Что же до свиданія, то тѣмъ менѣе можетъ оно имѣть мѣсто, пока Порта не учинитъ рѣшенія относительно того меморіала и для чего вы столь много домогаетесь о полученіи отвѣта. Отвѣчалъ я на сіе, что ваше высокородіе, имѣя повелѣніе немедленно выѣхать отсюда, нетерпѣливо ожидаете на то здѣшней резолюціи, и если паче чаянія оказано будетъ съ здѣшней стороны въ томъ препятствіе, въ такомъ случаѣ по крайней мѣрѣ желаете, чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше, отправить вашу семью съ остальною свитою, какъ для избавленія, такъ и сохраненія оной отъ прилипчивой болѣзни, которая сильно распространяется. Онъ же мнѣ отвѣчалъ, что вы ни мало не должны о томъ безпокоиться и не имѣете никакой заботы въ разсужденіи вашей семьи, потому что она во всякой безопасности пребываетъ, то и не для чего торопиться ея отправленіемъ.