[389]
№ 141. Ордеръ графа П. А. Румянцова-Задунайскаго — князю Прозоровскому.
Рапортъ вашего сіятельства отъ 26-го числа минувшаго марта съ приложеніями, я исправно получилъ. Вѣдомости отъ г-на полковника Репнинскаго сообщенныя не могутъ быть основательны ни по матеріи, ни по образу ихъ полученія, но французскаго купца задержаніе въ Галацѣ, достовѣрнѣе, и что увольненіе его и всѣхъ съ нимъ находившихся россійскихъ подданныхъ послѣдовало по точному фирману Порты и мнѣ извѣстно. Сдѣланное отъ турецкихъ капитановъ безъ имени внушеніе, такъ какъ и вѣдомости на лодкѣ привезенныя, можно и весьма двояко принять. Могутъ они быть по мнѣнію вашему и на одну попытку, чтобъ вывѣдать наше намѣреніе, и на удерживаніе и возгнѣщеніе въ татарахъ хотя подъ пепломъ искры несогласія и мятежа, но о визирѣ и о муфти тутъ говоренное вовсе не справедливо, и ежели отзывъ отправленія нарочнаго въ Кинбурнъ о томъ которой ко мнѣ присланъ, то всѣ сіи извѣстія составлены и сообщены еще до полученія въ Константинополѣ о возстановленіи въ Крыму спокойствія. Впрочемъ я долженъ похвалить вашего сіятельства осторожность въ воспріятіи мѣръ противъ незапныхъ турецкихъ покушеній; но не знаю въ чемъ пополнить преподанныя вамъ мои, относительно оныхъ турковъ и благонамѣренныхъ хана и татаръ. Сначала вашего въ Крымъ отправленія и понынѣ вашему сіятельству я примѣчалъ, что по положенію нашему настоящему съ турками, надлежитъ удаляя всѣ съ нашей стороны виды непріязни, держать себя всегда на такой ногѣ, чтобы всякому ихъ незапному покушенію противостать и умыслы ихъ испровергать мы были въ состояніи. Ваше сіятельство въ продолженіе бунта и по случаю пораженія татаръ, что къ сожалѣнію далѣе продлилось, нежели желалось, поступили уже на дружелюбное принятіе командировъ турецкихъ кораблей, то неприлично уже имъ сходъ съ оныхъ препятствовать отъ лица вашего, но сходственно ордеру моему отъ 25-го числа [390] минувшаго февраля предоставить то хану и правительству, а съ своей стороны наблюдать и предостерегать только того, что выше вамъ сказано и точно, чтобы они не успѣли въ какомъ либо незапномъ покушеніи. Стоящимъ и вновь приходящимъ, должно вамъ предлагать, что одно ихъ пребываніе и паче вновь прибытіе, о коемъ вы меня немедленно должны извѣщать, удерживаетъ васъ въ Крыму, и что вы имѣете отъ меня строжайшее, по увѣренію Блистательной Порты, что она не хочетъ подавать нарушенію мира и добраго согласія ни малѣйшаго случая, повелѣніе наблюдать оные въ высшей степени съ стороны вашей.
О перемѣнѣ тамо правленія на другую ногу, о коемъ ваше сіятельство въ своемъ рапортѣ упоминаете, не имѣю я повелѣнія, а потому предписать вамъ нахожу, чтобъ вы касательно благонамѣренныхъ намъ поступали съ ними сходственно прежнимъ моимъ, лаская ихъ и обнадеживая, что приверженность ихъ къ интересамъ ея императорскаго величества, никогда въ забвеніи не останется, и что они за усердіе свое, конечно, облагодѣтельствованы будутъ. А зломыслящихъ ханъ имѣетъ способы къ отвращенію, чинимыхъ ими подстреканій, удалять скрытымъ образомъ безъ огласки, о чемъ и сдѣлать ему подъ рукою совѣтъ.
Что до откомандированныхъ изъ части вашей въ кубанскую сторону, Тамбовскаго пѣхотнаго полка и Азовскаго и Троицкаго баталіоновъ, то о возвращеніи оныхъ по требованію вашему предписалъ я г-ну генералъ-поручику и кавалеру Суворову.
Я бы весьма желалъ, чтобы ваше сіятельство при настоящемъ дѣлъ положеніи, продолжили вашу команду и ревностію своею къ службѣ ея императорскаго величества пріобрѣли и вящше всевысочайшее ея благопризнаніе и славу.