[367]
№ 136. Письмо А. Стахіева — графу Н. И. Панину.
Отправляя къ его сіятельству генералъ-фельдмаршалу графу П. А. Румянцову-Задунайскому полученный вчерась визирскій отвѣтъ на доставленное ему отъ меня 16-го числа сего марта письмо онаго графа, пользуюся симъ случаемъ къ тому присовокупить и слѣдующее при семъ мое нижайшее письмо къ вашему высокографскому сіятельству съ обыкновеннымъ доношеніемъ, а что касается до содержанія онаго отвѣта, о томъ съ своей стороны вашему сіятельству ничего предъявить не въ состояніи, будучи оный ко мнѣ безъ всякой откровенности присланъ запечатанный. [368]
Прусскій повѣренный въ дѣлахъ г. Гафронъ вчера мнѣ сказывалъ, какъ предъ недавнимъ временемъ онъ по указу своего государя у Порты навѣдываясь о положеніи моей негоціаціи, еще совѣтовалъ министерству полюбовно вершить всѣ распри со всевысочайшимъ дворомъ, но по несчастію оное ему отвѣчало такъ, какъ и прежде, что оно охотно того желаетъ и готово исполнить свои обязательства, даже до нѣкотораго приличнаго снисхожденія въ пунктѣ свободнаго мореплаванія, если всевысочайшій дворъ сперва выведетъ изъ Крыма свои войска и отступится отъ его свѣтлости хана Шагинъ-Гирея, инако же полагается на Божію волю.
Какія же послѣ моего нижайшаго послѣдняго доношенія, отправленнаго сею же дорогою въ прошлую субботу, изъ Константинополя ко мнѣ принесены вѣсти, въ томъ ссылаюсь на особенное къ сему приложеніе, ручаясь изъ того токмо за нетерпѣливое ожиданіе купленныхъ для здѣшняго флота въ Англіи кораблей, которое третьяго дня и самъ аглинскій посолъ мнѣ подтвердилъ.
Означенный между прочимъ въ постскриптѣ моего нижайшаго письма отъ 23-го сего мѣсяца бывшій въ Константинополѣ того же дня пожаръ всю ночь продолжался и, какъ увѣряютъ, около 2,000 мелкихъ домовъ, по большей части греческихъ и армянскихъ истребилъ съ греческою церковью святаго Георгія.
Въ прошлую субботу четверо изъ здѣшнихъ перскихъ лекарей во дворецъ призваны были для изслѣдованія и совѣта о продолжающейся уже нѣсколько недѣль лихорадкѣ второй султанши, которая сперва черезъ день проходила, а наконецъ въ повседневную превратилась, по той причинѣ, что больная не хотѣла принимать никакихъ лекарствъ.
Живущій въ Константинополѣ на одномъ гостиномъ дворѣ нашъ купецъ Литининъ вчера объявилъ мнѣ, что вознамѣрился съ своими товарищами сюда въ Перу перебраться, потому что не токмо, но уже и въ его ханѣ есть примѣръ моровой заразы, хотя на умершемъ въ его гостиномъ дворѣ въ три дня [369] молодомъ человѣкѣ желвака и не было, но только одно багряное пятно на груди.
Съ сею экспедиціею возвращаю прибывшаго ко мнѣ 2-го числа сего марта лейбъ-гвардіи Измайловскаго полка сержанта Цагеля съ вахмистромъ кіевской рейтарской роты Николаемъ Кузнецовымъ и толмачомъ Иваномъ Петровымъ, выдавъ на проѣздъ первому 120 голландскихъ червонцевъ золотомъ, а вахмистру 100 левковъ, да толмачу съ двумя провожатыми янычарами по 80 левковъ каждому; а отправленнымъ въ прошлую субботу кіевской рейтарской роты вахмистру Роману Гостеву съ толмачомъ Ильею Турчаниновымъ выдано первому 50 голландскихъ червонцевъ золотомъ, а второму съ провожатымъ янычаромъ по 80 левковъ каждому.
P. S. По написаніи сего письма принесено ко мнѣ извѣстіе, что моровая зараза и здѣсь въ Перѣ появилась, отъ которой умерли прошлой ночи лекарь Талпа, венеціанскій уроженецъ, и одинъ греческій столяръ.