[147]
№ 45. Рескриптъ генералъ-фельдмаршалу графу Румянцову-Задунайскому.
Реляція ваша подъ № 17-мъ, отъ 29-го марта, принесла намъ величайшее удовольствіе, сопровождая пріятныя донесенія посланника Стахіева о совершенной уже развязкѣ, подписанною имъ конвенціею 10-го числа того же мѣсяца, всѣхъ нашихъ до нынѣ съ Портою Оттоманскою, чрезъ толь долгое время продолжавшихся, хлопотъ и распрей.
Изготовленіе ратификаціи нашей и подарковъ, потребныхъ при размѣнѣ ея на султанскую, отлагая до перваго за симъ отправляемаго курьера, восхотѣли мы нынѣ въ самой скорости для успокоенія Порты, предварительно увѣдомить посланника Стахіева о нашей высочайшей апробаціи всѣхъ его поступковъ, слѣдовательно же и самой имъ подписанной конвенціи, а притомъ и снабдить его нужнѣйшими на первый случай наставленіями.
Какимъ образомъ исполнено то и другое, усмотрите вы въ слѣдующей здѣсь копіи съ нашего къ нему рескрипта, по которому далѣе явствуетъ, что мы на васъ отнесли публикованіе нашей амнистіи въ пользу запорожцевъ въ турецкія области уклонившихся; почему и не оставите вы въ самомъ дѣлѣ, сочиня для сего отъ себя, но высочайшимъ нашимъ именемъ, пристойную публикацію приказать разсѣять оную въ нужныхъ мѣстахъ, также и адресовать прямо къ очаковскому пашѣ для равномѣрнаго обнародованія въ его губерніи, сносясь съ нимъ притомъ о времени и способахъ, какъ принятія, такъ и препровожденія въ предѣлы Имперіи нашей тѣхъ изъ запорожцевъ, кои, раскаявшись въ своемъ преступленіи, захотятъ воспользоваться нашею милостію.
Что принадлежитъ до изведенія нашихъ войскъ изъ Крыма и Кубани, въ томъ ссылаемся мы какъ на прежній нашъ рескриптъ отъ 16-го января, такъ и на самое содержаніе новой съ Портою заключенной конвенціи, довольствуясь только примѣтить, по поводу представленія вашего объ оставленіи нѣкотораго изъ [148] нихъ числа въ Керчи и Еникале подъ видомъ гарнизона, что подлинно не кстати будетъ сіе учинить, но такимъ однакожъ образомъ, чтобъ количество оставляемаго въ сихъ обоихъ мѣстахъ войска могло прямо сохранить титло своего назначенія и помѣщено быть въ нихъ съ нѣкоторою удобностію, ибо всякое тому противное распоряженіе, оказывая къ Портѣ видъ недовѣрія, могло бы въ ней взаимно возбудить равномѣрное сумнѣніе о нашей доброй вѣрѣ и скрытомъ иногда намѣреніи властвовать въ Крыму страхомъ силы и мѣшаться во внутреннія тамошнія дѣла.
На семъ основаніи оставляемъ мы на собственное ваше разсужденіе до коликаго числа усилить гарнизономъ Керчь и Еникале, дабы опять съ другой стороны сіи оба мѣста могли быть и оставаться въ полной оборонѣ и совершенной безопасности отъ всякаго нечаяннаго случая, также и въ позитурѣ, для татаръ почтенной; а какія тамошнему оберъ-коменданту къ учрежденію на будущее время поступковъ его даны нынѣ отъ вице-президента нашей военной коллегіи и азовскаго генералъ-губернатора князя Потемкина подробныя наставленія, съ оныхъ для вашего свѣдѣнія прилагается здѣсь копія.
Равнымъ образомъ слѣдуетъ при семъ для того же другая копія съ отправленнаго нынѣ къ резиденту Константинову рескрипта изъ нашей коллегіи иностранныхъ дѣлъ въ руководство ему на первый случай относительно хана и правительства крымскихъ, поколику исполненіе конвенціи 10-го марта до нихъ принадлежать можетъ.
А какъ впрочемъ сами вы могли усмотрѣть въ заключенной конвенціи, что конецъ главнаго дѣла, т. е. признанія отъ Порты Шагинъ-Гирея ханомъ татарскимъ, поставленъ ею въ зависимости отъ дѣйствительнаго выхода войскъ нашихъ изъ Крыма и Кубани, то мы и надѣемся, что вы по сю пору не оставили уже оный такимъ образомъ распорядить, дабы сія кондиція благовременно исполнена и войска наши на (въ) опредѣленный срокъ подлинно изъ всѣхъ татарскихъ мѣстъ выведены были, а куда [149] которыя изъ нихъ части по переходѣ за Орскую линію обратить, о томъ вы имѣете получить росписаніе изъ нашей военной коллегіи.
Мы пребываемъ вамъ впрочемъ императорскою нашею милостію благосклонны.