[527]
№ 198. Рескриптъ императрицы — графу Румянцову.
Графъ Петръ Александровичъ! Изъ всѣхъ, до меня доходящихъ извѣстій, какъ отъ васъ самихъ, такъ и изъ Царьграда, къ сожалѣнію моему вижу, что истощеваются уже всѣ средства къ утвержденію мира. Снисхожденіе, терпѣливость и всѣ употребленные способы съ нашей стороны давно не служатъ къ иному, какъ къ возбужденію въ соперникахъ нашихъ гордости и суть поводомъ ихъ сильнаго вооруженія, какъ на землѣ, такъ и на морѣ. Не меньше-жь рождаютъ въ нихъ разные вымыслы къ опроверженію одного за другимъ артикула мирнаго постановленія. Настояніе ихъ о нехожденіи на Черномъ морѣ военнымъ судамъ нашимъ, изъясненное въ послѣднемъ визирскомъ къ вамъ письмѣ, есть наивящшее сему доказательство, ибо о семъ по сію пору и слова не было.
Положеніе наше съ турками сходствуетъ теперешнему положенію многихъ державъ европейскихъ, а именно, какъ цесарцы въ разсужденіи прусскаго короля и какъ Французы съ Англіею. Рѣшительность ихъ зависитъ отъ перваго выстрѣла, всякъ же поставляетъ себѣ за долгъ переговорами отдалить несчастіе дѣйствительной войны. Въ сихъ постороннихъ обстоятельствахъ мы союзническаго участія брать не обязаны пока миръ нашъ съ турками не утвердится. Средства переговоровъ и съ нашей стороны не долженствуютъ быть пренебрежены во всякое время, гдѣ у мѣста быть могутъ, тѣмъ наипаче, что въ нынѣшній случай послужатъ къ выигрыванію времени на приведеніе морскихъ нашихъ силъ въ почтительное состояніе на Черномъ морѣ. Къ сему предмету стремится давно уже мое вниманіе, успѣха же ожидаю отъ выполненія моихъ неотлагательныхъ [528] и весьма точныхъ повелѣній: о строеніи крѣпости и верфи на Лиманѣ, о сплавкѣ корабельныхъ лѣсовъ по Днѣпру и проч. Производство таковаго строенія въ нынѣшнюю пору служить можетъ и къ скрытію видовъ нашихъ на осаду Очакова, ибо подъ симъ предлогомъ можемъ мы дѣлать нужныя для оной осады приготовленія безъ огласки; настоящее же предпріятіе полагаю я, какъ необходимо нужное ради многихъ существенныхъ выгодъ для насъ и равенства съ турками на той сторонѣ, произвесть при первомъ удобномъ случаѣ, нужное же къ сему дѣлу, секретно отъ меня приказано изготовить и къ вамъ доставить. А чрезъ сіе вамъ открываю мои мысли и распоряженія, прося Бога, да подастъ благой успѣхъ. Время же для произведенія сей атаки почитаю за лучшее то, въ которое войска турецкія обыкновенно расходятся, ибо имъ по границѣ въ большомъ числѣ зимовать неудобно — и къ которому магазины турецкіе должны истощиться. Тогда уже войска наши, находящіяся въ Крыму и на Кубанѣ, можете приблизить къ нашимъ границамъ, оставя въ послѣднемъ мѣстѣ нужное число ради охраненія оныхъ границъ, и тогда, собравъ все число войскъ нашихъ, такъ сказать, подъ руки, въ силахъ будете какъ производить всякіе поиски, такъ и отражать могущія быть покушенія и облегчится не мало способъ въ продовольствіи войскъ. Буде же турки оставленный Крымъ наполнятъ своими войсками, то тѣмъ самымъ подадутъ они намъ случай стремительнымъ изворотомъ и войсками отборными себя въ Крыму разбить и уничтожить. По дарованіи отъ Всевышняго таковаго успѣха Крымъ и Очаковъ остаются въ нашихъ рукахъ залогомъ за долгъ, турками невыплаченный и въ удовлетвореніе за неоднократныя расхищенія нашихъ магазиновъ татарами и за прочіе для нихъ понесенные убытки, коихъ въ нѣсколько десятковъ годовъ весь Крымъ выплатить не въ состояніи.
Открывая вамъ съ крайнею довѣренностію сіи мои сокровеннѣйшія мысли, за нужное нахожу повторить, чтобъ вы ради выигрыванія времени въ отвѣтѣ своемъ къ визирю показали [529] податливость къ трактованію и между тѣмъ всѣ средства употребили къ выполненію сего моего плана. Касательно до впаденія турокъ въ Польшу, какъ таковый поступокъ не можно будетъ принять равнодушно, то и имѣете заранѣе, буде еще есть время, объявить турецкимъ начальникамъ да и самой Портѣ, что вступленіе турецкихъ войскъ въ земли республики, кои суть подъ ручательствомъ нашимъ и въ коихъ по требованію той же республики наши войска находятся, почтется не инако какъ открытіемъ военныхъ дѣйствій противъ насъ, вслѣдствіе чего и поступить имѣете при наступленіи случая къ отраженію. Графу же Штакельбергу приказаніе посылаю, чтобъ употребилъ всѣ способы, дабы сей разъ поляки, или по крайней мѣрѣ часть ихъ соединилась съ нами для собственной своей обороны противъ общаго врага имени Христова; равномѣрно и у вѣнскаго двора навѣдуемся, какими они глазами взирать намѣрены на таковое впаденіе въ земли, кои равномѣрно состоятъ и подъ ихъ ручательствомъ.
Въ концѣ сего не осталось мнѣ какъ просить благословенія Всевышняго на всѣ ваши предпріятія и того успѣха, коимъ увѣнчаны были всѣ вамъ ввѣренныя дѣла, не мало не сомнѣваясь, что вы всему дадите благоуспѣшный оборотъ; чего для въ запасъ, имѣя попеченіе, равное о благосостояніи вашихъ дѣлъ, какъ вы о моихъ и моего государства, посылаю къ вамъ указъ объ остальныхъ деревняхъ Гомельскаго староства.