Переводъ турецкаго письма (Приложеніе № 7).
[203]
Милостивый государь мой и особливый благодѣтель! Калга-Шагинъ-Гирей-султанъ нынѣ на Кубанѣ, а мы въ Крыму; какое это дѣло и что изъ него выйдетъ, прежде хорошо было пошло, но нынѣ опять Девлетъ-Гирей-хана ханомъ сдѣлали. Мы съ беемъ нашимъ въ Карасу, а изъ Бахчисарая, каждаго дня отъ аговъ, мурзъ и отъ духовенства пріѣзжаютъ и насъ въ Бахчисарай зовутъ, но мы отказываемся тѣмъ, что мансурской фамиліи родственники наши хотѣли къ намъ пріѣхать, и когда прибудутъ, то, переговоря съ ними, и если за пристойно найдемъ, то и въ Бахчисарай будемъ.
Но когда-бъ султанъ въ Ениколь прибылъ, то-бы по сю пору крымцевъ много доброжелательныхъ къ себѣ пріобрѣлъ; мансурской фамиліи Касай-мурза въ Карасу пріѣхалъ и прочихъ сегодня или завтра ожидаемъ. И такъ, благодѣтель мой, если-бъ возможно было о сихъ обстоятельствахъ султана какъ наискорѣе увѣдомить, то-бъ можетъ онъ поспѣшилъ бы своимъ въ Ениколь прибытіемъ, ибо чѣмъ ближе къ намъ, тѣмъ полезнѣе-бъ ему было находиться. Въ Бахчисараѣ находящихся аговъ намѣреніе извѣстное: они съ нами за одно партію держать, и когда-бъ отъ хана хоть съ нуждою нашли случай вырваться, то-бы того-жь дня въ Карасу пріѣхали, а посему и дайте какъ наискорѣе о семъ султану извѣстіе и когда онъ прибудетъ, то съ помощью Вышняго много отсюда къ нему поѣдетъ и о чемъ я извѣстенъ. Окажите-жь намъ благодѣтельскую милость увѣдомленіемъ о султанскомъ состояніи, чѣмъ чрезвычайно насъ обрадуете.